Выбрать главу

- Да и ждать умеем, не то, что некоторые. И верны мы, не­ смотря на чувства...

Глас народа.

Не ходит, значит, Зоя Николаевна к нему. Ничего, зайдет. И так зайдет, что не поздоровится Жанночке.

 

- Ну что, Коля, наш контракт стоит скрепить чем-нибудь крепким, чтоб спаянность была?

- Всё в твоей воле, Вяче...

- Зови меня просто Вечей. Так меня все друзья зовут.

- Спасибо, Веча.

- Что-то древнеславянское в звучании этого имени? Не на­ходишь? Смак исконный, креплёный, а?  Так я сегодня вас жду у себя. В семь нуль-нуль идёт?

- И едет,  Веча.

- Отлично! Будут еще актеры некоторые самодеятельные, вы им наставления там кое-какие сделаете,  потом Боря Маткин,  и вы втроем приходите. Обговорим детали.

Не понял. Что это он?

- Кто третий?

- Ах да, мне показалось, что я тебе уже сказал... Я же за­был самое главное! Роль, понимаешь, очень ответственная, ве­дущая, фокусная, понимаешь ли… Никто из самов... Это я так по старой студенческой привычке самодеятельных артистов на­зываю...

- Не тяни, Веча.

- Ну не потянет на нее никто. Уже пробовали, лёгкость тре­буется...

Во дает! Ни за что! Это уж накоси, выкуси! Ты роешь землю, Веча. Это провоцирование. И в пределах необходимой, вынужденной самообороны, Веча... Мне же и оборонять-то нечего, не себя же, Веча, подлец ты разэтакий! Трупное дело затеваешь.

- ...и вот я подумал... Свободнее и правдивее никто не сможет, кроме...

Ох как ты рискуешь, Веча! Будут тарелки и барабаны. Зоя Николаевна позаботится - закажет. Всё чин по чину. Так же можно из человека сделать сенокосилку.

- ...кроме неё. Я хотел, собственно, тебя об этом попро­сить, так как ты с ней в хороших отношениях...

Интересно, долго ли он будет мучиться?

Всё зависит от то­го, как сильно я его вдарю и чем... - Я согласен поговорить с ней. Мы придём втроем.

- Коля! Дай я пожму твою добрую лапку! По гроб обязан! Должник вечный!

Ну  нет, уж лапы тебе меня никто не заставит жать!

Сделай, Веча, вид, будто не заметил. Ага, вот так, убери свою ручку. Чао!

Спасибо тебе, автор! Ты считаешь, что меня спас, но всё это так мелко...

Игра не стоит свеч, если у свечей трупный запах...

 

 

======

 

 

Кому-то нужно... И подневольный я был. Как теперь перед вами. Осуждаете? Но ведь я не один. Всё равно? Может быть, но только я по глазам вижу, что осуждаете, ненавидите...

— Вы же опытный человек, сами бывали на моём месте не раз, так что давайте По-существу.

Я понимаю, понимаю, стерео как бы, аппаратура такая? Вот нам бы ее... Мне в сознании легче, прошу, не говорите так открыто... И не включайте, как вы объяснили, третью стадию автоматизма. А то вам не поздоровится от моих мыслей. Я не пу­гаю, что вы, и не подумайте! Я их сам боюсь, и не ковыряюсь в них вовсе. Делом поглощаюсь и проблемами быта, они ведь и у нас тоже есть.

Тоже, от вас не скрою, в последнее время прикладываюсь. Из-за жены. Меня совесть замучила. Ушла от меня. Узнала и ушла.

А остальные? Как остальные, хочу я вас спросить?! Нас же много было, не я один. Мы исполняли Долг, если хотите. Сколь­ко уже таких, как я, вымерло, и ничего - жёны не уходили. По­чему? Ну и блага для одних, конечно. Но в большинстве не зна­ли, потому что мужья молчали, всю жизнь молчали о том, что прошло, о том, как долг исполняли. А я проговорился. После ве­черинки. Засентиментальничал. А могло быть шито-крыто. Так бы и канул в прошлое без публикаций и возмездий, если бы не вы тут... Надписи бы кое-где остались, но что потомкам до моей фамилии! Был, подумают, такой, - устранял,  исполнял и подписи ставил. По велению долга,  по требованию времени, от уров­ня развития своего.

Нет, не думайте, я за долгом не прячусь! Я понимаю, что не то делал, что дурак был, что хранителей духа, основной идейный запас... А как иначе, если мы хотели верить? И хотели быть ликвидирующими, а не ликвидируемыми? Про­сто — выжить. Природа, вы-то должны понимать.

Вот вы автор, пришёл ваш черёд. Послабление вам. Я это­го всегда ждал, понимал, что ковыряться будут и до чего-нибудь да докопаются. Не остановишь вас, даже если докажешь, что впереди ничего, кроме воспроизведения себе подобных. Ваше появление можно только задержать на пять-десять лет, но вы всё равно появитесь — вот она насмешка над этими измами, над до­казательствами нашими.

Да, теперь вы можете применять технику или еще что вы там применяете... оснащенность ваша потрясает, честно говоря, я и не подозревал таких возможностей - откуда? всё пере­крыто, черт возьми! Но вы есть и пишите о нас, выискиваете мне подобных, и вас не остановить. А тогда... Посмотрел бы я на вас тогда! Довыискивались бы. Первый же встречный вам бы нож­ку подставил. История, уважаемый автор, история...