Мои бёдра от его напора раздвигались всё шире, пока я не упёрлась своей промежностью в его живот. Между ног уже так горячо, и влажно… Я уверена, что Кичиро это чувствует, хотя этого он и добивался, лаская меня там языком. В попытке избежать этого мучения, я инстинктивно прогнулась в спине. Словно это поможет, но этим я ему просто облегчила задачу. Он подул на мой сосок, применив немного магии, от чего его дыхание стало ледяным. Холод прокатился по коже, вызывая удовольствие и боль. Как вдруг дыхание сменилось на жар из его рта… Из моего горла вырвался крик и тело в руках Кичиро дёрнулось так, что ему пришлось сильнее придавить меня. Я упёрлась своими ладонями в его плечи, но… Честное слово! Проще было сдвинуть гору, чем его. Движения его губ и языка не оставляли мне просто никакого шанса сохранить остатки разума. Мозг просто отказывался думать. Я закусывала губу и дрожала крупной дрожью.
Надавив кончиком языка мне на вершинку соска, он резко вдавил его внутрь, на что я снова вскрикнула. Кожей почувствовала, как его губы растянулись в улыбке. Он резко выпустил мою грудь из своего рта и также неожиданно сжал мой очень чувствительный сосок большим и указательным пальцами.
— Какая же ты сладкая… — прошептал мне на ухо, чем вызвал импульс, который словно ток прострелил меня с пальцев ног до кончиков волос.
Я не знаю, что со мной происходит, такого еще никогда не было. Я не теряла так голову, не сходила с ума от желания познать мужчину здесь и сейчас. Мое тело, которое, мне казалось, я могу контролировать, отказывалось меня слушаться! Оно живёт просто своей жизнью и тянется к Кичиро. На какой-то момент его руки пропали с моего тела, но лишь на мгновение, потому что тут же на мою вторую грудь обрушился холод его дыхания, а потом, через мгновение, и его горячий язык.
Он мучил меня этим, пока мои стоны не превратились во всхлипы, потому что мне было и хорошо, и одновременно так больно… Моя грудь просто горела от его поцелуев, ласк языка и лёгких покусываний зубами. В то время как там, внутри меня, всё сжималось так сильно, что мышцы внизу живота сводило. Его руки блуждали по моему телу, я чувствовала прикосновения пальцев к плечам, как ладони проходят вдоль тела и замирают на бёдрах, потом он их сжимает, так властно и нежно.
Движения его пальцев по внутренней стороне моего бедра и это лёгкое поддразнивание у самого края… Мимолётное прикосновение большого пальца к моим лепесткам, а затем лёгкий нажим на клитор, словно укус. Тело каждый раз вздрагивало и само двигалось вслед за его рукой, стараясь удержать это прикосновение.
— Прекрасная, сладкая и желанная… — снова прошептал он возле уха.
Поцелуй за ухом, укус за мочку, а потом лёгкое дразнящее движение языка вдоль него… Каждое его движение или действие просто вырывает стоны из груди, ты уже плачешь и неосознанно шепчешь лишь одно слово: «Пожалуйста… Пожалуйста… Пожалуйста…»
Снова чувствую его улыбку, и вот, его руки в очередной раз спускаются к бёдрам. Так крепко сжимают их, и я чувствую, как он напряжен и хочет меня.
Дрожащими руками провожу снова по его шее, чем вызываю сделать тяжелый глоток воздуха. Слышу грудной стон, говорящий о том, что ему безумно приятны мои прикосновения. Это неописуемое удовольствие чувствовать, как всё его тело напряглось, словно струна, от твоего легкого прикосновения. Медленно скольжу подушечками пальцев по его коже вниз. Я хочу почувствовать его каждой клеточкой своего тела. Хочу знать, какой он большой и горячий там.
Но мою руку снова ловят, и пальцы оказываются у него во рту. Эти мягкие прикосновения языка и пристальный прожигающий взгляд заставляют сходить меня с ума.
— Почему? — проскулила я, голос дрожал от удовольствия и фейерверка эмоций, что сейчас с головой меня накрывали.
— Я хочу, чтобы ты в свой первый раз помнила лишь удовольствие, а не боль от проникновения.
— Кичиро, я… Я хочу тебя… — прошептала я.
Губы Кичиро опускаются мне на плечо и жалят горячим поцелуем. Потом переходят к шее… Рука, что была на груди, спускается ниже и ниже, а когда достигает места назначения — я инстинктивно пытаюсь свести ноги, но это невозможно, ведь между ними он. Стало резко стыдно, потому что я кричала, плакала и умоляла. Мне сейчас слишком хорошо.