— Почему? — раздался тот самый голос, он шёл уже откуда-то со стороны. — Уверена, что хочешь знать, Люцифер?
Мне никогда ещё не было так страшно, мои коленки тряслись, всё тело сигналило: «Надо бежать, пахнет смертью! Опасно! Тут очень опасно!»
С диким усилием заставила себя повернуться в сторону говорившего человека и, найдя его глазами, просто впала в ступор. Уперевшись на перевернутую машину и скрестив на груди руки, стоял мужчина в чёрной военной форме. Я не смогла рассмотреть звезды на его погонах, но что-то мне говорило, что звание у него не ниже полковника.
— Откуда… — пролепетала я. — Откуда вы меня знаете?
— Откуда? — засмеявшись, спросил он, а затем вскинул голову.
До этого я не видела лица, но теперь увидела его маску… И это была не та маска, которую носит спецназ… Нет, это была маска Арлекино: белое лицо, на котором была нарисовала улыбка красным цветом. В местах, где располагались прорези глаз, были чёрные ромбы. Рядом с правым глазом нарисовано пару слёз. Вкупе с военной формой это приводило в ужас.
— Да… — сказала я. — Откуда?
— Посмотри вокруг, что ты видишь? — он развёл руки в стороны, показывая весь кошмар, происходящий здесь.
— Смерть… разруху и хаос…
— Как думаешь, чья это работа? — спросил он. А я, замотав головой, стала плакать: «Неправда… Этого просто…»
— Нет… Нет!.. — лепетала я.
— Да, Люцифер, да… — он говорил так, словно каждое слово приносит ему удовольствие: — Это всё сделала ты. Почему я так уверен? Я тебя создал… И пусть ты от меня сбежала, я тебя найду… И верну на путь истинный…
— Прс… Ни… сь! — слышу обрывки слов. — Просни… Снись… Проснись! Люция!
Я услышала голос Алукарда и подскочила. Я оказалась всё в том же самом поезде. «Что это за кошмар? Что мне сейчас снилось?
— Ты в порядке? — спросил Алукард.
— Да, — я махнула рукой, — всё хорошо.
— Ты в этом уверена?
— Алукард! Мать твою!
— Не хочешь говорить — не говори, но ты бы видела себя со стороны… Хоронят краше…
Я – Люция
Дальше в академию я добиралась без последствий, меня не мучали ни сны, ни какие-то либо другие события, но… Почему-то казалось, что я знаю кто под маской. Но…Не могу вспомнить кто…
— Бред какой-то! — фыркнула я, когда выбралась из поезда.
— Ты о чем? — Алукард задал мне мысленно вопрос.
— Да так, не обращай внимания, — ответила я.
— Люция, ты как проснулась так сама не своя, что случилось?
— Кошмар приснился… — ответила я.
— О чём? — по его голосу поняла, что Алукард напрягся. «Ясно, значит, он что-то знает… Если расскажу правду, то он мне устроит. Хорошо, если это будет просто допрос с пристрастиями, но ведь он может и другое учудить.»
— За родителей беспокоюсь… Как они там?.. Мало ли ещё один такой Джид появится. Мне приснилось, что маму убили.
— Что ты себя накручиваешь?! — спросил Алукард, и я поняла, что он выдохнул. Понятно, мне нельзя рассказывать, то, что я видела. Придется самой разбираться, что эта за фигня.
— Ну, простите, что я такая восприимчивая! — огрызнулась я.
— Ну, ну… Успокойся, лицо попроще, а то вон, — он показал на людей, окружающих нас: — Уже косятся на тебя…
— Да похрен мне, — прошипела я.
Я, не обращая внимания на взгляды посторонних, прошла ворота и зашла вовнутрь. На площадке перед зданием академии было столько народу, что не пропихнуться, ну, знаете, как в общественном транспорте в час пик.
— Простите, — побеспокоила я девушку, что стояла рядом со мной, — а что это за очередь?
— Э? — девица непонимающе уставилась на меня.
— Что «э»? Я говорю на непонятном языке? Или слишком быстро? Хорошо, повторю медленно: что. Это. За. Очередь?
— Я не тупая! Поняла с первого раза! — резко огрызнулась белокурая девица. «А ну да, я обидела мисс вселенную. Хотя нет… Скорее звезду фильмов для взрослых…» Девчонка напоминала мне строением и изящностью эльфийку. Такая же высокая, как каланча, и тощая, как соломинка. Тут что, тоже мода на девяносто-шестьдесят-девяносто? Маленькое миниатюрное лицо, белые волосы, будто снег, вздернутый нос и тонкие изогнутые брови. Казалось, что ей на затылке прищепкой кожу натянули, и из-за этого брови были «на взлет» и глаза фиолетовые, такие большие. А ресницы были словно у куклы: хлоп-хлоп и взлетит. Губки бантиком розового цвета. На ней было воздушное платье в пол. «Я точно по адресу приехала? Это точно боевая академия? Или институт благородных девиц?!»