— Еще, мистер? — я сфокусировал взгляд на бармене, вопросительно глядевшем на меня. Над моим стаканом неотвратимо нависала бутылка бурбона. Во всепонимающем взгляде светилось, сочувствие. Ну как тут откажешься.
— Давай одну, — согласился я на третью порцию.
Мой рейс до Гамбурга откладывали. Я глотнул обжигающе-золотистой жидкости. Последний час я пытался выстроить схему мировой циркуляции ценностей. Пока стройной схемы не получалось. Выходило, что деньги, произведения искусства, технологии и наркотики перемещались по миру совершенно хаотично. Я отвозил в Эквадор двадцать миллионов. А через полгода вез оттуда тридцать. Привозил в Женеву Пикассо, а через неделю оттуда же забирал Моне. Нет! Не разобраться мне в этом бардаке, я вздохнул и закурил, глядя на свое отражение в зеркальной полке бара. Между разноцветных бутылок на полке проглядывало отражение в высшей степени представительного джентльмена. Я долго работал над образом. Теперь я был чертовски похож на стандартного яппи. Представитель какой-нибудь жутко респектабельной юридической фирмы. Дорогие очки в тонкой золотой оправе, белая отглаженная рубашка, стильный серый костюм. Строгие визитные карточки, корпоративная этика, гольф по воскресеньям, ну и все это дерьмо. Дырка в мочке уха от серьги уже почти заросла, тату на левом запястье спрятано под белоснежной манжетой. В последний год меня останавливали на таможне один раз из десяти.
Сейчас я курьер. А когда-то был неплохим инженером. Принцип работы моего суперчемодана до безобразия прост. Он поглощал лучи аэропортовского рентгена и на приемник отправлял банальное изображение всякого стандартного барахла. Запасные рубашки, белье, бритвенные принадлежности. Пару толстых бизнес-справочников, ноутбук, папки с документами и прочая ерунда. Если меня все-таки просили открыть чемодан, то все это было в наличии. Контейнер, спрятанный в двойном дне всегда оставался нетронутым. Именно его, этот контейнер, защищал генератор-обманка. 70x50x10 сантиметров — габариты титанового контейнера с цифровым замком. Этого было достаточно, чтобы провезти кучу денег. Или необработанные алмазы. Или сложенное в несколько раз, запаянное в пластик полотно Рембрандта. Первое время мне частенько подсовывали наркотики. Хотя я всякий раз честно предупреждал — все, что угодно, только не наркотики, слишком много друзей умерли от этой дряни. Но в то же время я гарантировал своим клиентам полную конфиденциальность перевозки. Подразумевалось, что я не знаю, что везу. Но я все же оставил себе лазейку и вмонтировал в контейнер специальную видеокамеру и анализатор. Как-то не очень хочется быть тем придурком, который пронесет на борт бомбу. С теми клиентами, которые отправляли героин, я просто больше не работал. Примерно за год это всем стало ясно, и наркомафия оставила меня в покое.
Наконец объявили посадку на Гамбург. Большим глотком я допил бурбон и, расплатившись, подхватил чемодан. Окинув быстрым взглядом зал, убедился что хвоста нет. На этот раз чемодан тяжеловат, интересно, что там? Я направился в туалет. Забавно, насколько все заведения такого типа в аэропортах похожи. Недавно в Интернете наткнулся на интересную страничку. Один мужик на полном серьёзе изучает национальные особенности уборных и мусорных урн. По-моему, даже диссертацию по этой теме пишет. Скажем, в Китае вот есть урны в виде львов, жадно заглатывающих обертки от мороженого и окурки. А в России есть урны, которые только подъемным краном можно передвинуть. Наверное, из излишков танковой брони. На Тайване, если помочиться в лифте, сработает какой-то там датчик, и лифт стопорится. Потом зассанца вытаскивают под улюлюканье толпы, полиция надевает наручники и вкатывает негодяю огромный штраф. Такая вот общественная мораль. Я выбрал кабинку подальше от входа. Открыв чемодан, подключил штекер ноутбука к разъему контейнера. Та-ак... Что тут у нас на этот раз? В центре контейнера на распорках из пористой резины был заботливо укреплен тускло-серый металлический цилиндр. Черт! Что это? Я передвинул камеру по направляющим и посмотрел с другого угла. Просто металлический цилиндр. Сантиметров пять в диаметре, длиной около пятнадцати. Никакой крышки или замка. Если это бомба с таймером, она бы рванула еще часа два назад. Мы бы как раз были над океаном. Но, в конце концов, можно поставить датчик давления, дать команду по радио. Да есть еще сотня способов, как взорвать бомбу в нужное время. Уж тут-то технология шагнула далеко вперед. М-да-а... такого мне еще перевозить не приходилось. У меня было железное правило: не открывать контейнер. Это была прерогатива клиента. Как правило, в пункте отправки контейнер заполняли и ставили код на цифровом замке. Потом по телефону или еще как-нибудь получателю сообщали этот код. Считалось, что я его не знаю. И загрузка контейнера происходила в мое отсутствие. Я либо уходил в другую комнату, либо вообще уезжал — и забирал контейнер часа через два.