Это фантастическое рождественское пиршество задало тон на все праздники, которые продолжились 26 декабря большой вечеринкой с шоу-варьете, которое репетировали до этого целую неделю. По словам Брэйнарда, они «решили растянуть празднества на три дня» для полнейшей разгрузки. Во главе этого рождественского загула стоял некий самопровозглашённый «Клуб любителей сока лайма», который распространил как изустно, так и в виде отпечатанной программки уведомление о том, что единственное выступление их труппы пройдёт в Оперном театре острова Датч, и «заказывать собачьи колесницы туда нужно к десяти часам вечера». Входная плата назначалась равной одной понюшке табака «в твёрдой валюте Земли Гриннелла».
Пошло-непристойный бурлеск представления этого «шоу-варьете» начинался с номера «Совет индейцев», затем шёл «Танец войны» с завываниями и Уислером в роли «вождя Леденящая Смерть» в окружении восьми «храбрых воинов». После этого на сцене появлялся женский персонаж в исполнении рядового Родерика Шнайдера, который, на свою голову, купил по дороге к зимовью где-то в Гренландии украшенный вышивками наряд «эскимосской красавицы» в полном комплекте. Будучи сам роста невысокого, он «вполне в это одеяние втиснулся», после чего дело оставалось за малым: «тщательно выбриться, нарумяниться и подвести брови и глаза». Затем рядовой Генри исполнил смешные песенки, умело пародируя всяческие акценты и диалекты. А под самый занавес на сцену вышел главный метеоролог Джуэлл – и честно заявил, что сейчас выступит с «избранными чтениями». С этими словами он бережно достал из вынесенного им на сцену кожаного портфеля большой том. Публика застыла, теряясь в догадках, что это будет – нечто из Диккенса или рождественская сказка, – однако Джуэлл вслед за этим факирским движением извлёк из портфеля барометр-анероид и, повесив его на стену, зачитал собравшимся полную сводку собранных им за минувшие сутки метеоданных. Смех поднялся оглушительный, люди хлопали себя по коленям и хохотали до слёз.
Тепло и уют внутри форта всё резче контрастировали с суровыми реалиями внешнего мира. В декабре среднесуточная температура составила –36 °C, а минимальная достигла –47 °C. Грили, конечно, продолжал вести научные и метеорологические записи, снимать показания с приборов его люди соглашались всё менее охотно. А некоторые – прежде всего Йенс, Фред, Брэйнард и Кислингбери – упорно продолжали целыми днями пропадать на охоте, хотя вся их добыча сводилась теперь к редким зайцам и песцам, а волки продолжали завывать, хотя вроде бы и на безопасном удалении.
В новогоднюю ночь Грили санкционировал ещё одну гулянку – с ружейным салютом и спонтанно придуманным состязанием между Бидербиком и Шнайдером в забеге на 4 мили до острова Датч и обратно, по итогам которого оба были объявлены победителями и получили по лишнему штофу рома в награду. Затем последовали байки, гулянка и концерт «жестяного оркестра» барабанщиков ложками по кастрюлям с камбуза. Гуляли до 3 утра.
Поутру 16 января 1882 года Грили зачарованно наблюдал за стремительным падением барометра и усилением шквалистого юго-западного ветра. К 11.00 скорость отдельных порывов достигла 20 миль в час, и Грили, почуяв, что прямо тут формируется серьёзный штормовой циклон, распорядился снимать показания каждые 15 минут. И действительно, к полудню направление ветра сменилось на северо-восточное, а скорость достигла штормовых 50 миль в час. Грили приказал выходить на дальнейшие замеры по двое со взаимной страховкой от риска быть сметёнными шквалом и прикрывать лицо друг друга от секущей снежно-ледяной крупы при считывании показаний. На замеры уровня моря им и ранее было велено выходить попарно и в связке во избежание повторения истории с падением с крутого обледеневшего берега, приключившейся с Гардинером.
Вскоре после полудня штормовой ветер перерос в полноценный ураган и выл теперь на скорости 65 миль в час. Теперь не двое, а лишь шестеро самых крепких мужчин в связке могли добраться до будок метеонаблюдения и снять показания. Сила ветра, по словам Брэйнарда, была такова, что их просто сметало в обратном направлении, а «снега в воздухе было столько и налипал он на лицо настолько плотно, что за считаные мгновения там можно было получить готовый слепок для посмертной маски».