Санын снова появилась у входа, держа в руках бумажный пакет. Она протянула его мне через окно.
– Что это?
Заглянув в пакет, я увидела коробку. Внутри были маленькая камера и кабель.
– Вам тоже могут понадобиться доказательства, если вы будете готовиться к разводу, – сказав это, Санын снова скрылась за дверью подъезда.
Развод… Я никогда раньше не думала о разводе. В то время как многие хотя бы однажды в шутку задумывались об этом, никогда не допускала такой мысли. Но Санын считала само собой разумеющимся, что я буду готовиться к разводу.
Потому что муж встречался с девушкой за деньги? Потому что он предпочитает помоложе? Или потому, что он, возможно, убийца Ким Юнбома?
Я все еще не могла принять ни один из этих фактов и, естественно, даже не думала о разводе. Не было никаких объективных доказательств того, что муж вступал в связь с девушкой из мотеля. Это было слишком нелепо и ужасно. Неужели эта женщина специально пытается заставить меня сомневаться в муже? Возможно, она намеренно утверждает, что тот убийца, чтобы заманить меня в ловушку. Или муж был давно с ней знаком, и все это их план, чтобы я согласилась на развод? Из-за алиментов? Или они боятся, что я буду цепляться за него?
Ах… В какой-то степени было легче смириться с мыслью, что муж убил Ким Юнбома, который безосновательно его шантажировал.
Мы, пусть и из-за привычки, занимались любовью раз в неделю, и он никогда не требовал от меня ничего особенного. Более того, когда я была эмоционально подавлена или в депрессии, всегда старался помочь мне восстановить душевное равновесие. Да, даже 9 апреля, в день смерти Ким Юнбома, муж сделал мне массаж и заварил травяной чай, чтобы поддержать…
Я резко остановилась на обочине. Все тело ослабло, и руки дрожали так, что я не могла вести машину.
Травяной чай. Да, теперь я вспомнила. 9 апреля, в день смерти Ким Юнбома, муж дал мне теплый травяной чай и сделал массаж, чтобы помочь уснуть. А 10 апреля мы с Сынчжэ проспали. На прикроватной тумбочке у сына стояла кружка с молоком. Он чувствителен к лактозе и всегда страдал от диареи на следующий день, если пил молоко, поэтому я точно не давала ему его. Сынчжэ тоже прекрасно знал о своей непереносимости молока и в школе всегда отдавал его друзьям или выбрасывал. Я говорила мужу, что сын не пьет молоко, но он не придавал этому значения. Ведь вопросами питания ребенка занималась я. Если муж дал молоко Сынчжэ… Если он заставил его выпить, то сын в страхе перед отцом послушался, несмотря на возможный дискомфорт. Значит, муж в тот день дал нам травяной чай и молоко со снотворным.
В тот день я жаловалась мужу и была подавлена, но причину забыла. Но теперь я вспомнила.
Ах… Так вот… Я поняла, где сейчас находится Сумин.
Глава 10
20 апреля 2016 года, среда
Я ждала Пак Чэхо в «Старбаксе» у перекрестка рядом со станцией Пупхён. Кофейня была переполнена, и мне с трудом удалось занять двухместный столик у окна. Это место вряд ли подходило для встречи женщины, убившей мужа, и мужчины, имевшего дело с молодой девушкой.
Я намеренно выбрала шумное место для встречи. Посчитала, что шум и множество людей сделают встречу безопаснее. Кроме того, это был своего рода жест уважения к человеку, который следил за нами.
Пак Чэхо вошел в «Старбакс» спустя двадцать минут после назначенного времени. Как только он меня увидел, то улыбнулся, будто встретил старого друга, и направился ко мне.
– Извините за опоздание, немного заблудился в общественном транспорте, – начал он с ненужных оправданий и затем посмотрел на пустой столик. – Давайте закажем что-нибудь.
Он подошел к стойке и долго разглядывал меню. В отличие от меня, серьезно настроенной на эту встречу, он выглядел непринужденно. Вскоре он вернулся с двумя напитками и поставил один передо мной.
– Подумал, что кофе вам нельзя, поэтому заказал фруктовый сок.
Пак Чэхо сделал глоток своего кофе и, оглядев меня с головы до ног, принял нарочито расслабленную позу. Он напоминал неумелого мальчика, притворяющегося взрослым.
– Итак, почему вы хотели встретиться? – спросила я, смотря ему прямо в глаза.
Они улыбались, но были мутными.
– На похоронах вашего мужа мне запомнились ваши слова о мобильном телефоне. И я вспомнил, как ваш муж шантажировал меня при жизни.
– Вот как, – ответила я саркастично.
– Когда Ким Юнбом говорил странные вещи и требовал деньги, я старался пропускать это мимо ушей и помочь ему наладить жизнь. Но теперь и вы завели ту же пластинку. Я решил, что нужно расставить все точки над «i».