Впрочем, разговор был слишком серьезным для выпивки.
— Я не настолько глуп, чтобы не разглядеть в вашем предложении очевидный ультиматум, Вульфрик. — Говард сидел напротив и смотрел на свой методично сжимающийся и разжимающийся кулак.
— Ультиматум подразумевает нечто невыгодное, мои же условия благоприятны для нас обоих. — Белецкий почесал подбородок. — Особенно в текущем раскладе сил.
Вульфрик, как и Алекс, делал всё, для того чтобы как можно дольше оставаться в игре. Увы, отец Марка выбыл из игры раньше и теперь Белецкий был вынужден продолжать партию с другими фигурами, пусть даже они и не были ему приятны.
— К тому же, только за прошедшие сутки я передал в ваши руки несколько столичных бизнесов.
Говард хотел было парировать, что все они были убыточны, однако вовремя сдержал язык за зубами. В конце-концов, сейчас клан Ротт пребывал в довольно зыбком состоянии. Практически вся верхушка была устранена и их положение на политической арене страны стало весьма нестабильным. Это и упростило, и в некоторой мере усложнило всю дальнейшую работу.
Он понимал, что при желании, Вульфрик мог кончить их с Рэмом прямо в той машине после похорон. Но похоже это было не в его интересах — оставлять гидру без голов.
Так что, вместо этого он изъявил желание неформально поглотить клан и все их владения. Взрывом Вульфрик мягко намекнул, что не побоится развязать войну, в которой у Роттов не будет шансов, а потому все происходящее сейчас было не более, чем бутафорией. Те бизнесы, которые он передал во владение Роттов, служили жестом доброй воли и это хотя бы немного обнадеживало Говарда.
Правда это не значит, что он собирается просто сьесть такое унижение и заткнуться. Наступит день, когда Говард Ротт позаботится, чтобы Вульфрик горько пожалел о том, что отнял у него власть, даже не дав ею насладиться.
— И мы признательны за этот подарок, — нахмурился брат покойного Алекса, — однако к чему было так сильно ослаблять нас, если вы хотите «объединения»? Всегда ведь можно договориться.
Вульфрик ухмыльнулся.
— Вы бы не согласились. Уж точно не сразу. А время слишком драгоценно, даже с моими ресурсами промедление может стоить нам очень многого.
— Да ну? Мне казалось, что вы просто мстите за Алекса. По крайней мере чтобы не выставлять себя в плохом свете перед Советом. А что до времени… — Говард постучал пальцами по столу, — При всем уважении, мне кажется, что вы преувеличиваете.
Услышав это, вены на лбу Вульфрика вздулись.
— Сколько раз я по-твоему мог предупредить Алекса, моего друга? Я мог бы спасти его не выходя из того лифта, где ты имел наглость в лоб просить меня о предательстве. — Вульфрик ткнул пальцем в сторону Говарда и перешел на злобный шепот, — Но я этого не сделал. Потому что наш план больше и тебя, и меня, и Алекса. Подумай о том, на что я готов пойти ради него и спроси себя еще раз — не преувеличиваю ли я?
Говард растерялся и испуганно вжался в кресло. Он обдумывал, что ответить, при этом не ударив в грязь лицом, однако в этот момент дверь громко распахнулась.
Если и есть какая-нибудь вещь не поддающаяся никакому влиянию и власти, так это пробки в час пик столичного города. Несмотря на спешку, Рэм всё же опоздал к началу переговоров и когда его черное авто затормозило у входа в резиденцию Белецких, он чуть было не сбил с ног дворецкого, на бегу ворвавшись внутрь. Поправив рубашку перед кабинетом Вульфрика, парень попытался унять дрожь и уверенно шагнул вперед.
— Извините за опоздание, господин Белецкий, — блондин приветственно кивнул, — дядя Говард.
— Проходи, Рэм. — Вульфрик ладонью указал на свободное кресло перед его столом. — Слышал, ты решил разобраться с владельцем забегаловки лично?
Рэмингтон поспешил занять своё место и усевшись рядом с Говардом улыбнулся.
— Да, сомневаюсь, что его вшивая семейка теперь осмелится задерживать выплаты.
— Осторожнее с этим. Мы держимся на таких как они. — Вульфрик успел заметно успокоиться.
— Меня всегда учили тому, что челядь должна знать своё место. Вот я его им и показываю. — Рэм сложил руки, — Что они могут нам сделать, в конце-концов.
— Звучишь прямо как твой отец. — Белецкий отвел взгляд, — Прими соболезнования.
Отец Рэма стоял прямо возле гроба, когда произошел взрыв. У него не было шансов.
— Отцу не повезло. В отличии от меня. — глаза парня блеснули.
— Рад, что ты не унываешь. — Вульфрику на мгновение стало жутковато. Он действительно похож на отца, даже слишком.
Говард, что всё это время пытался найти хотя бы небольший плюс в происходящем, прочистил горло и обратился к Рэму.