Когда Марианна велела всем срочно поставить перед ней Марка Ротта — он понятия не имел, что окажется здесь, у Мемориала. Первой его мыслью было направиться в УБИ или ещё куда-то, где можно найти специалистов по поиску, собрать информацию. Он не спешил выполнить задание «на скорость», понимая, что лучше обеспечить результат и что укуренные болваны вроде Луки и Давида только насмешат всех своими попытками всех обогнать.
А вот действительно выполнить задание… это хороший шанс. В последнее время взгляд Марианны в его сторону и так начал охладевать. А теперь она стала Императрицей. Поэтому лучше напрячься. Марианна хотела не игры в юных детективов, а результата.
А затем пиликнул телефон.
Фрагмент карты. Точка, определённая до метра. А затем — лишь одно слово:
«Жду».
Приди такое с любого другого номера, Лев бы только пожал плечами, даже не задумываясь над подоплёкой неудачной шутки. Но всё, что приходило от Мадлен Дюбуа, он привык воспринимать всерьёз и молниеносно — с самого детства, как и все другие члены его семьи.
Полчаса, чтобы добраться до места. В другое время хватило бы и половины от этого, но после сенсационной новости весь город стоял в пробках, а уж тем более в центре. Мысленно гадая, что заставило его бабушку играть в шарады, Лев вышел на нужную улицу и огляделся.
«Вниз».
Новое сообщение было таким же коротким, как и предыдущее. Зато вход долго искать не пришлось — огромная дыра в земле, где раньше, кажется, был люк, зияла распахнутым зевом. По периметру она была обтянута жёлто-белой лентой, и рядом суетились двое полицейских, но этим стоило лишь показать свои документы, чтобы они тут же отвернулись.
А дальше… день только подтверждал звание странного. На глубине, по идее, вообще не должно было быть связи. Но, как только он оказался внизу — телефон пиликнул в третий раз. Кто-то очень точно отслеживал его перемещения и координировал их. Слегка пожалев, что он отправился сюда в одиночку, Лев двинулся по маршруту, указанному на новом фото.
Две фигуры он заметил издалека — и двинулся к ним быстрым шагом, когда его окликнули.
— Стой.
Лев затормозил машинально, пытаясь в темноте разглядеть, кто это, и ещё не до конца сообразив, что происходит — когда обратившийся к нему поднял вторую фигуру на руки.
Мадлен Дюбуа. Практически обнажённая, вся в крови и… с огромной дырой в голове?
— Стой, я сказал, — чуть насмешливо сообщил тот, кто держал её на рука, заметив, как Лев делает ещё пару шагов вперёд. Человек был совершенно незнаком Льву… но отчего-то даже мысли не возникало поспорить с ним.
— Что происходит? — Лев попытался хоть как-то сохранить лицо.
— Смотри, и узнаешь.
Больше незнакомец сил на слова не тратил. Медленно спустившись по лестнице на рельсы, он шагнул в тёмный тоннель — и через миг тот расцвёл ярко-багровым цветом. Печать. Тем не менее, человек шагнул так, будто её не существовало вовсе — и сгрузил мёртвую (Лев подобрался чуть ближе, чтобы лучше видеть, и мог гарантировать, что в её лбу — настоящая дыра, а по всему телу торчат повреждённые протезы) Мадлен на землю.
— Ну, вот и всё, — заметил незнакомец, разворачиваясь. — А. Ещё это.
Он снял с себя широкий плащ и бросил его на землю рядом с Мадлен.
Которая начала шевелиться.
…то, что было дальше, Лев помнил не то, чтобы смутно, а скорее смазано — как будто в ускоренной сьёмке. Незнакомец исчезает раньше, чем он успевает хотя бы задать вопрос. Пришедшая в себя бабушка — так же, как и он, дезориентированная и оглушённая. Охрана, которую он вызвал по настоянию Мадлен только после третьего окрика — до того просто стоял столбом, замерев.
А затем — путь сюда и долгий вечер ожидания непонятно чего.
— Мадам, — начальник охраны — а в Мемориал вместе с ними поехали не меньше полусотни бойцов личной охраны семьи Дюбуа — подошёл к старушке. — Машина остановилась за двадцать километров отсюда и съехала в кювет. В ней пусто… и большие следы повреждений.
Лев ожидал какой-то перемены во взгляде, в позе, но Мадлен оставалась спокойной.
— Он придёт сюда, — махнула она рукой. — Никуда не денется. Стойте спокойно и ждите.
Что, если… Лев никогда не слышал о воскрешениях, но что, если оно повредило её рассудок? Тем более, травма в мозг… С другой стороны — ведь та машина действительно приехала.
— Марк Ротт? — уточнил он. — Мы ждём его?
— Да, — кивнула Мадлен. — Его. И не только его.
Лев поднял бровь.
— То, что случилось там…
— Я не знаю, — покачала головой старуха. — Я понятия не имею, почему… вернулась к жизни.