В холодных взглядах она была хороша, недаром отец учил её этому искусству с детских лет.
— Простите?
А вот выражение лица Гримма стало совершенно детским. Кажется, до этой секунды он даже не допускал возможность отказа.
— Я не принимаю ваше предложение, — с нажимом сообщила Элиза. — Не имею привычки покупать кота в мешке, особенно у незнакомцев.
Рука нащупала кнопку вызова охраны. Не то, чтобы девушка опасалась всерьёз, просто… этот гость был слишком странным. И непредсказуемым. Просчитывать такого — всё равно что играть в шарады; где-то попадёшь, где-то нет.
— Л-ладно…, - вздохнул Гримм таким расстроенным голосом, как будто у него отобрали конфету, — До встречи.
— Прощайте, господин Гримм, — Элиза выделила первое слово голосом… вот только фраза улетела уже в закрытую дверь.
Элиза Белецкая осталась одна.
Первые полторы минуты она просто сидела, схватившись за голову. То, что происходило вокруг, было сущим бардаком, а она в нём главной. И почти любые попытки навести порядок — запутывали всё только больше. Смешно сказать, но в этот момент ей сильно не хватала Марка.
Не то, чтобы Ротт был умнейшим из людей, которых она знала… но, во всяком случае, у него всегда было что ответить миру.
Впрочем, и оставаться главной в одиночестве ей тоже не хотели давать. Протестующие, КОБР, этот Рэджинальд Гримм… Каждый хотел навязать ей своё мнение, в чём-то убедить, к чему-то принудить. И никого не интересовало, чего хочет она сама.
Порывшись в лежащих перед ней бумагах, Элиза нашла нужную. Номер, что она велела выяснить ещё сегодня утром. Возможно, если бы ей вовремя дали позвонить по этому номеру, не отвлекая на попытки завербовать, то всё было бы куда проще.
Но лучше поздно, чем никогда. Элиза пару секунд помолчала, думая о том, с чего начнёт этот странный разговор — и достала телефон.
— Я могу расценивать это как согласие?
Ленора Ротт довольно хмыкнула.
Сара помотала головой, отгоняя мрачное оцепенение. Возможно, она отвечала бы поживее, если бы не три окровавленных тела, которые всё ещё лежали рядом с ней.
— А почему вы, — она попыталась убрать из голоса дрожь, — а с чего вы вообще взяли, что меня интересует месть?
— А что же? — женщина усмехнулась. — Справедливость? Девочка, такими методами не добиться ни справедливости, ни свободы, ни любой другой глупости, о которой сейчас кричат люди с транспарантами. Только крови.
— А кто сказал…
— А если справедливость предполагает чужую кровь, — продолжила та, не останавливаясь и не сбиваясь, — то она уже зовётся местью. Так вы предпочтёте действовать, или тешить себя иллюзиями, что вам не нужна месть за брата?
Возможно, именно упоминание Макса вернуло Саре привычную язвительность — а может, это сделал весь покровительственный тон.
— Я предпочту действовать, — жёстко заметила она. — И действовать я буду так, как решу сама. Если вы думаете, что первая за последние дни попытались меня купить или подписать подо что-то — то ошибаетесь.
Ленора глубоко вздохнула.
— Значит, ваш ответ — «нет».
— Нет, — отрезала Сара. — Насколько я успела узнать вашего сына — от него окружающим одни беды, и у меня нет никаких причин думать, что с вами будет лучше.
— Ну… — женщина развела руками. — Тогда, пожалуй, ещё одно. Нравится вам это или нет, но я только что спасла вам жизнь. Может быть, мы не сработаемся на постоянной основе, но уж, во всяком случае, одну маленькую услугу вы мне должны.
Сара поглядела на Ленору Ротт уже с плохо скрываемой злобой. Если она чего-то не выносила, так это попыток манипулировать собой — и совершенно неважно, из каких побуждений. Но собеседница действительно подловила её.
— Маленькую? — она подняла бровь. — И что же именно вам нужно?
— А что может быть нужно матери, давно не видевшей единственного сына? — улыбка Леноры была такой естественной, такой искренней, что Сара могла бы ей поверить — происходи этот разговор не в подворотне с тремя трупами. — Я хочу увидеть его.
— Я понятия не имею, где находится Марк, — Сара мотнула головой.
— Я знаю, — кивнула женщина. — Но мне это и не нужно. Хватит той записи, что хранится у тебя.
— З-записи? — Сара расширила глаза.
— Из клуба, — подтвердила Ленора. — Он и мой племянник, Рэмингтон. Ты знаешь, о какой записи идёт речь.
Сара зажмурилась на секунду.
— Хорошо, — заговорила она тихо и медленно. — Послушайте. Если я отдам вам эту запись — вы отстанете от меня?