— Поверить не могу, что он не сообщил мне о существовании такой штуки, — отозвался Шраут. — Возможно, знай я раньше — залил бы это место бетоном, или ещё что получше.
— Он много чего тебе не говорил, Герберт, — фыркнула Мадлен. — Думаешь, он доверял тебе в полной мере? Так, как доверял мне?
— О, Мадлен, — сухо рассмеялся Герберт. — Или ты правда думаешь, у нас с ним не было общих дел, которые по сию пору остаются секретами от тебя?
— Возможно, я опять скажу глупость, — с тем же настойчивым рычанием включился Рубан, переглянувшись с Тиной, — но вы заняты не тем. У нас всех тут большие счёты друг к другу, а ещё общая угроза, и она важнее всего остального…
— Агент Рубан прав, Мадлен, так что сойдёмся на том, что нам нужно выработать план, — согласился Шраут. — Сейчас не время разбираться со старыми счётами, хотя, несомненно, скоро мы доберёмся и до этого.
— Думаешь? — сухо улыбнулась Мадлен. — У меня уже есть план, Герберт. И начнётся он именно с того, чтобы разобраться с проблемами.
И — раньше, чем кто-либо успел отреагировать — стальные когти протеза метнулись вперёд.
Кровь из шеи пилота брызнула прямо на искорёженную, искрящую приборную панель.
Глава 25
Мой вестибулярный аппарат понял, что что-то не так, на пару мгновений быстрее, чем я сам.
С противным свистом вертолет накренился вбок; кажется, своим ударом старуха что-то серьёзно повредила в его внутренностях. Рубан, Тина и я тут же оказались на ногах, но не смогли удержаться и полетели кубарем вниз, в накренившуюся часть салона. Оставшийся в живых солдат Шраутов был отброшен вслед за нами, и только Лев остался на своём месте, непонимающе глядя на старуху.
Кажется, кто-то ещё не понял, что им разочарованы всерьёз. Настолько, что даже решили им пожертвовать.
— Какого… — Тина уставилась на Мадлен.
— Пошли в Ад, — та вцепилась когтистой рукой в кресло пилота, зацепившись ей, словно якорем. — Вы правда думали, что я позволю вам пойти против Люция? После того, как он вернулся, после того…
— Какой это, нахер, Люций? — глаза Рубана загорелись сиянием, и он выпрямился; кажется, навык позволял ему удерживать равновесие. — Как можно спутать эту долбаную тварь с живым человеком?
— Заткнись, — глаза Дюбуа сузились. — Заткнись и не смей говорить так о нём. Лев, прыгай вниз, навык затормозит тебя.
Я быстро глянул на все ещё пытающегося обработать происходящее парня. Его затормозит какой-то навык, отличные новости… для Льва.
Он медленно приподнялся на ноги, пытаясь удержаться в трясущемся, перекошенном вертолёте.
Что ж, переговоры явно были бесполезны… а вертолёт падал, теряя высоту и выкручивая довольно безумные кульбиты в воздухе. Остатки приборной панели верещали, как сирена во время эвакуации, вот только для того, чтобы понять — ситуация так себе, они были не нужны. Достаточно было просто выглянуть за борт.
— Что у вас там… — раздался голос Шраута из рации, но договорить он не успел: Дюбуа свободной рукой легко смяла устройство и то, заискрив, быстро умолкло.
— Я кое-что поняла, Ротт — как работает твоё бессмертие и почему сегодня воскресала я, — хмыкнула Мадлен. — Мы с тобой ещё увидимся внизу. Лев, ты будешь прыгать или предпочтёшь разбиться?!
— Чокнутая сука, — пробормотал Рубан, выхватывая пистолет из кобуры упавшего рядом парня. Тот не сопротивлялся — судя по позе, при падении он что-то себе сломал. — Второй раз за сегодня…
Стреляя в такой ситуации, проще вынести мозги самому себе, чем противнику, однако навык Рубана позволял ему стоять на ногах как вкопанному, и даже более того — мужчина даже удалось навести мушку на Дюбуа.
Впрочем, навести не значит попасть. А потому не успел УБИшник ещё спустить курок, как старуха резко рванула в сторону. Вылетевшие через мгновение после этого пули с треском пробили переднее стекло вертолета, даже рядом не задев Дюбуа.
Следующие выстрелы полетели прямо в верхнюю часть салона, так как на Рубана практически сразу же бросился Лев, резко схвативший агента за руку с оружием.
Рубан рефлекторно вмазал парню коленом, и тот на мгновение опешил, прежде чем снова предпринять попытку броситься вперёд.
— Хватит, идиот! — Тина, которую впечатало в стену рядом со мной, смотрела прямо на Льва. — Неужели ты ничего не понял?!
Парень на секунде опешил и быстро глянул на Мадлен.
Я же, судя по ощущениям, был единственным, кого волновал тот факт, что спустя минуту мы все к чертям разобьёмся.