— Жизнь постоянно меняется, — пожал я плечами.
— Скорее всего, столицу куда-нибудь перенесут, — Рубан будто не услышал моих слов. — И, думаю, подальше отсюда — в другую часть Империи, может.
— А Люций? — Элиза поглядела на него. — Если от него получится избавиться — что дальше, кто придёт править после него? Та девица, дочь убитого Императора?
— Если ты о том, не сменим ли мы строй, — Рубан мрачно усмехнулся, впервые за всё время поездки, — то нет, даже не надейся. Не так важно, кого посадят на трон — её высочество Марианну или кого-то другого. Важно то, кто будет править в реальности — а там найдётся кому, даже после смерти Шраута.
Он пожал плечами.
— Но пока над столицей скверна, у власти Люций, а Республика не заявила об официальной капитуляции — это всё пустые размышления и мечты. Нужно заниматься делом, а о том, что будет дальше, позаботится история.
Медленно сбросив скорость, Рубан свернул вбок.
— Ты куда? — не понял я.
— Есть хочу, — кивнул он на придорожную забегаловку, к которой мы подъехали. — И поговорить надо.
— Так поговорим здесь.
Рубан только раздражённо хмыкнул и махнул рукой.
— Выходим.
Выйдя из машины, я бросил взгляд на строение. Странно, но это место было живым. Правда, на парковке, кроме нас, было всего лишь две машины, но всё-таки вывеска горела, а за дверью виднелись силуэты людей.
— Запри машину получше, — заметил я. — Если у нас опять уведут машину, да ещё и с «Гьяллархорном»…
— Не делай из меня идиота, Ротт, — мрачно отозвался Рубан. — Я могу ошибаться, но я не совершу одной и той же ошибки дважды.
Все так говорят, пока жизнь не убедит их в обратном. Впрочем, я промолчал — не хватало ещё начинать ссору на ровном месте. Просто сядем у окна, из которого будет видно, что происходит с машиной, вот и вся проблема.
Делать заказ Рубан тоже отправился сам, справедливо заявив нам, что лучше бы официальным правителям Альянса, одного из которых недавно публично казнили, лишний раз не светиться на публике. Конечно, вряд ли Люций выследит нас потому, что наши лица запомнятся официанту в кафе, но… зачем рисковать?
Усевшись у окна, я посмотрел на Элизу. Она глянула в ответ, и повисла долгая, неловкая пауза.
— Думаешь, чем всё это кончится? — наконец, заговорил я.
— Думаю, как меня занесло сюда, — ответила она. — В эту компанию, в эту страну, в это… всё. Думаю о том, что ещё месяц назад всё было по-другому, и я точно знала, какой будет моя жизнь, планировала каждый день. Не играла в политические игры на выживание, не бегала от осквернённых, не похищала людей…
Я медленно кивнул.
— Понимаю. Месяц назад я тоже… ну, ни разу не умирал, например.
Я улыбнулся.
— Не каждая перемена — к худшему.
— Думаешь, в том, что сейчас происходит, есть что-то хорошее? — искренне удивилась Элиза.
— Это не перекрывает всех жертв и прочего, но… — я пожал плечами. — Как бы там ни было, я рад, что со мной это произошло. Рад, что получил шанс перестать быть тем, прежним Марком — который никогда и ничего не решал, не имел даже возможности стать кем-то, кроме как марионеткой. Да и тебе… эти перемены тоже пошли на пользу, как мне кажется.
Элиза открыла было рот, но замерла; по глазам девушки было видно, что она всерьёз обдумывает мои слова, искренне пытается докопаться, понять — согласна она с ними, или же нет.
— Так, — подошедший Рубан поставил на стол тарелки. — Хотите вы или нет, но есть разговор, и дальше с ним тянуть нельзя — мы почти добрались до столицы.
Я молча пожал плечами, придвигая к себе свою порцию.
— Что вы двое намерены делать? — задал вопрос Рубан.
Я завис.
— В… каком смысле? — осторожно сощурившись, поглядел я на Рубана. — Разве мы не едем, чтобы…
— Уничтожать скверну? — Рубан глядел в ответ серьёзно и холодно. — Не-а, Ротт. Ни разу. Это я еду в столицу за этим. Ты — нет.
— А… — начала было Элиза.
— Мы все знаем, что ты у нас полон скверной, — продолжил Рубан. — А значит, от «Гьяллархорна» тебя будет колбасить, как тогда, в Арке. Не дай Бог, загнёшься — и начинай всё по новой, второй взрыв скверны, вторая волна разрушений…
Он перевёл взгляд на Элизу.
— А ты, Белецкая, вообще изначально не имела к этому отношения. Это не твоя война, как говорится. Риск слишком велик…
— А где он не велик? — оборвала его Элиза. — В Альянсе, где пришёл к власти мой осквернённый папочка? В приграничной зоне, где недавно прошла битва с воскрешением трупов? В Морбреге, где нас держали взаперти? Где, агент?
— Понятия не имею, — пожал тот плечами. — Ты неверно меня поняла, девочка: слишком велик риск не того, что с тобой что-то случится, а того, что из-за твоей неподготовленности провалится моя миссия. Если я сейчас не сумею очистить столицу от скверны «Гьяллархорном» — то этого уже никто не сделает, и она останется мёртвым городом.