— О, да, — говорит, живо кивая, Скитер, — я посвятила целую главу отношениям Дамблдора и Поттера. Их называли нездоровыми, даже пагубными. Конечно, для того, чтобы узнать эту историю целиком, читателям придется купить мою книгу, однако нет никаких сомнений в том, что Дамблдор с самого начала питал к Поттеру нездоровый интерес. Пошел ли он мальчику на пользу? Что же, поживем – увидим. Однако ни для кого не секрет, что отроческие годы Поттера были очень тяжелыми.
Я спрашиваю, поддерживает ли Скитер по–прежнему связь с Гарри Поттером, у которого она взяла два года назад знаменитое интервью: в их сенсационной беседе Поттер говорил исключительно о своей уверенности в том, что Сами–Знаете–Кто вернулся.
— Да, конечно, мы стали очень близки, — отвечает Скитер. — У бедняжки Поттера совсем мало настоящих друзей, а мы с ним встретились в один из самых трудных моментов его жизни – во время Турнира Трех Волшебников. Вероятно, только я одна из живущих ныне людей и могу сказать, что знаю настоящего Гарри Поттера. И это естественным образом приводит нас к многочисленным слухам, связанным с последними часами жизни Дамблдора.
Верит ли Скитер в то, что Поттер действительно присутствовал при его кончине?
— Ну, я не хочу говорить слишком многого – все это есть в книге, – однако существует свидетель, который был в то время в замке Хогвартс, видел Гарри Поттера и какую–то милую девочку, убегавших с места происшествия через несколько секунд после того, как Дамблдор не то упал, не то спрыгнул, не то был сброшен с башни. Впоследствии Гарри Поттер дал показания против Северуса Снейпа, человека, к которому он, как всем известно, питал вражду. Действительно ли все обстоит так, как выглядит на первый взгляд? Это должно решить сообщество волшебников – после того, как оно прочитает мою книгу.
На этой интригующей ноте я и прощаюсь с писательницей. Не приходится сомневаться в том, что книга, вышедшая из–под пера Скитер, мгновенно станет бестселлером. Пока же многочисленным поклонникам Дамблдора остается с трепетом ожидать того, что им предстоит вскоре узнать о своем герое».
Гарри дочитал статью до конца, но продолжал тупо вглядываться в газетную страницу. Отвращение и гнев поднимались в нем, точно рвота. Наконец он смял газету в комок, изо всех сил швырнул его в стену, и комок, отлетев, свалился в уже переполненную мусорную корзину. Он начал слепо расхаживать по комнате, открывая пустые ящики, беря какую–то из сложенных стопками книг лишь затем, чтобы вернуть ее на место, едва осознавая, что делает. А в голове вертелись разрозненные фразы из интервью Риты: «… посвятила целую главу отношениям Дамблдора и Поттера… их называли нездоровыми и даже пагубными… в молодости он сам баловался Темными Искусствами… я получила доступ к источнику информации, за который большинство журналистов отдало бы свои волшебные палочки».
— Ложь! — внезапно взревел Поттер, саданув кулаком по стене так, что смялся большой плакат с «Пушками Педдл».
— Гарри, послушай, а чего ты ожидал? — девушка подлетела к нему, приобняла за плечи и спешно усадила на кровать. Рон так же плюхнулся рядом. — Да этой писаке Скитер следует все ее лохмы поотрывать! Ведь ни единого слова правды! Она просто пытается привлечь к себе внимание, создать ажиотаж вокруг фигуры Дамблдора.
— И ведь найдутся люди, которые поверят в этот бред, — негодовал Рон. Вид у него был весьма ошеломленный.
— Я только сейчас понял, что совершенно не знал настоящего Дамблдора, — Поттер печально опустил голову, смотря на свои ладони. — Я думал, что мы доверяли друг другу, а на деле…
— Мы все так думали, Гарри, — неуверенно произнесла Делия. — Видимо, мы ошиблись.
***
Гарри шел по горной дороге в холодном синем сиянии утренней зари. Далеко внизу различался окутанный туманом призрак маленького городка. Не в нем ли живет человек, которого он ищет? Человек, в котором нуждается так сильно, что способен думать только о нем, человек, которому известен ответ, известно решение его проблемы.
— Эй, просыпайся.
Гарри открыл глаза. Он снова лежал на раскладушке посреди тусклой комнаты Рона. Букля спала, засунув голову под крыло. Шрам на лбу Гарри покалывало.
— Ты бормотал во сне, — обеспокоенно сообщила Делия.
— Правда?
— Да. «Грегорович». Ты все время повторял: «Грегорович».
Очков на Гарри не было, лицо Рона расплывалось перед ним.
— А кто этот Грегорович?
— Откуда мне знать? Это же ты называл его имя.
Гарри потер лоб, размышляя. У него было смутное представление, что он слышал это имя прежде, но где – Поттер вспомнить не мог.
— Думаю, Волан–де–Морт ищет его.
— Бедняга, — с пылом произнес Рон.
Гарри сел, касаясь кончиками пальцев шрама, еще не проснувшись окончательно. Он попытался точно припомнить свой сон, но в памяти всплыли лишь горизонт в горах да очертания городка в глубокой долине.
— Я считаю, он за границей.
— Кто? Грегорович? — спросила девушка, нахмурившись.
— Волан–де–Морт. Возможно, он отправился за границу искать Грегоровича. На Британию это место не походило.
— Считаешь, ты снова заглянул в его сознание? — теперь в голосе Рона звучала тревога. Рыжий перевел взгляд с одного друга на второго и обратно.
— Гарри, — девушка вдруг вздрогнула. Зеленые глаза напротив смотрели на нее с беспокойством. Таким искренним, что захотелось моментально открыться перед ними. Теперь у них не было секретов друг от друга. Она слышала свой голос и хвалила себя за то спокойствие, что он нес в себе. — Когда я была там, у Темного Лорда, то видела, как Он приказал одному из своих слуг разыскать Грегоровича. И еще я так же, как и ты, могу заглянуть в Его сознание. Это все из–за кольца.
— О чем вы? — недоуменно воскликнул Рон.
Блэк кинула на него раздраженный взгляд, и коротко рассказала о ее загадочной связи с Томом Реддлом.
— Получается, что Он использует людей, заставляя делать то, что Ему угодно? — Уизли прикусил губу. Переглянулся с Гарри, будто сомневаясь в достоверности происходящего.
— Верно, — кивнула Делия. — Проникает в сознание своих жертв, подкидывает взору те образы, которые Ему выгодны. Но от этого можно защититься, если овладеть окклюменцией – магической защитой ума от проникновения извне. Темный Лорд искусный легилимент, то есть тот, кто проникает в голову, а Снейп, к примеру, был опытным окклюментом, он мог закрывать свое сознание от любого волшебника.
Рональд в непонимании вздохнул и ничего не ответил. Поттер смотрел на клетку с Буклей, пытаясь понять, откуда ему известно это имя – Грегорович?
— По–моему, — медленно произнес Гарри, — он имеет какое–то отношение к квиддичу. Между ними есть некая связь, но я не могу… не могу ее вспомнить.
— К квиддичу? — переспросил Рон. — А ты уверен, что думаешь не о Горговиче?
— О ком?
— Драгомир Горгович, охотник, два года назад перешел в команду «Пушки Педдл», получив баснословный гонорар. Держит рекорд сезона по числу бросков квоффла.
— Нет, — он опускает голову, моргает, потирая глаза. — О Горговиче я точно не думал.
— Я тоже стараюсь о нем не думать, — сказал Рон. — Ну, так или иначе, с днем рождения!
— Черт, действительно, а я и забыл! Мне же исполнилось семнадцать!
Гарри схватил лежавшую рядом с раскладушкой палочку, направил ее на заваленный невесть чем стол, на котором оставил очки, и произнес: «Акцио, очки!» И хотя до них было всего–то около фута, почему–то оказалось очень приятно смотреть, как они летят к нему по воздуху – то есть, пока очки не ткнули Гарри в глаз.
— Чистая работа, — фыркнул рыжий.
Чтобы отпраздновать избавление от Надзора, Гарри пустил вещи Рона летать по комнате, от чего Букля проснулась и взволнованно ухнула. Он попытался также чародейным образом завязать шнурки на своих кроссовках (и потом несколько минут распутывал получившиеся узлы) и, исключительно удовольствия ради, превратил оранжевые костюмы команды «Пушки Педдл», изображенной на висевшем в комнате Рона плакате, в синие.
— Ширинку я бы на твоем месте все же вручную застегивал, — посоветовал ему друг и захихикал, увидев, как Гарри торопливо проверяет ее состояние.