Том Реддл залился зловещим ледяным смехом, но Снейп и Делия уже трансгрессировали.
***
Она, словно была безжизненной игрушкой, с треском прокатилась по холодному полу и уперлась спиной в стену. Подняться на ноги удалось с большим трудом. Девушка отряхнула черно–зеленую мантию и метнула взгляд болезненно–красных глаз на Снейпа. С каменным лицом профессор стоял возле нее, наблюдая за тем, как Слизеринка на секунду засмотрелась на свою стертую кожу и крохотные капельки крови на ладонях, а затем приглушенный голос разнесся звонким эхом по подземелью:
— Я желаю вам смерти, сэр, — прохрипела она, задушенно всхлипнув. — Долгой и мучительной, такой же, которая постигнет меня, потому что я не намерена убивать своего отца.
Профессор молчал, а его «темные тоннели» бесчувственно смотрели на девушку. Выдержав паузу, Блэк продолжила, задыхаясь разгорающейся истерикой:
— Для чего вы меня отвели к нему? Чтобы узнать, сработает ли на мне непростительное заклятие или рассказать о том, что вашим предназначением было убить моего отца? Или может, еще скажете, для чего тринадцать лет назад вы наложили на меня чертово заклинание? Чтобы защитить? От кого? От Волан–де–Морта? Что же, у вас это превосходно получилось! Вы должны благодарить Мерлина за то, что я успела отскочить и непростительное отрекошетило. Если бы оно попало в меня, то вы бы получили счастливый билет в один конец до Азкабана и не факт, что вернулись бы оттуда. И знаете что, профессор Снейп, я не хочу слышать от вас ни единого оправдания, ибо все равно вам не поверю. Я немедленно расскажу обо всем Дамблдору, и он уволит вас, а заодно отправит весточку в Визенгамот. А когда мой отец найдется, он расскажет мне всю правду. И я точно уверена, что это по вашей вине он сидел в тюрьме.
— Вы не отдаете отчета своим словам, Блэк, — спокойно произнес Снейп, сделав крошечный шаг по направлению к ней.
— А вы своим действиям, — прыснула она. — Хотите, завтра вся школа узнает о том, что сегодня произошло? О том, что вы посмели переместить меня без разрешения директора в неизвестное место, о том, что Темный Лорд чуть не убил меня, насильно посвятил в ряды Пожирателей и о том, какое же интересное задание перешло мне в руки, — Делия в два шага обошла Снейпа и оказалась возле двери. — Хотите, профессор?
— Прекратите, Блэк, — устало вздохнул он, качая головой.
Едва кончики пальцев коснулись железной ручки двери, как она, сама не ожидая от себя этих слов, произнесла тихо и устрашающе отстраненно:
— Сэр, — что–то дрогнуло в ее голосе. Делия обернулась и взглянула на декана глазами, полными страдания. — Что чувствуешь, когда убиваешь? Боль, ужас, угрызения совести или нечто иное?
Снейп заметно напрягся и поднял на нее бесчувственные глаза.
— Почему вы меня спрашиваете об этом, Блэк? Поинтересуйтесь у палачей.
— Вы ведь пытали и убивали многих, верно, — тихо утверждала она.
— Сядьте, — приказал он жестким голосом, подлетев к ней. Девушка вжалась в стену, каждым позвонком чувствуя выпирающие камни. — С чего вы взяли, что я убивал людей?
— Думаю, Пожиратели не чай с Темным Лордом пьют, в этом сегодня я наглядно убедилась, — просто и глухо отозвалась девушка, так и не сев на предложенный стул. Ее пальцы, скрытые в складках мантии, сами собой вздрагивали, Слизеринке казалось, что она не сможет спокойно усидеть на месте теперь, когда все внутри клокочет от волнения и неописуемого страха. Взгляд Снейпа заставил внутренности девушки совершить пару сальто. Декан нерешительно приблизился вплотную к своей ученице и легко коснулся предплечья ее левой руки, отчего она скрипнула зубами и отдернула руку.
— Метка будет покалывать, болеть? Она приносит мучения, сэр?
— Ничего из выше перечисленного, пока Темный Лорд не вызовет вас к себе, — рявкнул мужчина, вдруг сжав блондинку за плечи так яростно, что ее расширившиеся зрачки почти скрыли радужку.
— Что с вами, сэр? — простонала она, пытаясь вырваться. — Отпустите меня.
— Я расскажу вам всю правду, Блэк, но не сегодня, — его лицо было так близко, что девушка чувствовала на себе обжигающее дыхание. — Приходите к Черному озеру в следующую субботу после восьми вечера, я отпрошу вас у директора. Но взамен вы дадите мне обещание – все то, что сегодня произошло, останется между нами, вы поняли меня?
— Поняла, — девушка вырвала свои руки и с холодной неприязнью коротко кивнула. — Но вы тоже должны кое–что пообещать мне.
— И что же? — профессор сверкнул глазами, присаживаясь за свой стол.
— Вы и пальцем не тронете моего отца, — Слизеринка тяжело вздохнула, уже приоткрыв дубовую дверь.
— Не трону, — нехотя согласился Снейп. — Идите спать, Делия.
И дверь его кабинета с грохотом захлопнулась.
Северус медленно выдохнул, опуская голову на стол, зарываясь пальцами в черные волосы. Он и в правду не отдавал отчета своим действиям. Темный Лорд умеет заставлять, пробираясь в сознание. И даже сильнейшие навыки окклюменции здесь бессильны. Потому что он узнал. Узнал о его связи с ней. И от этого становилось стыдно, больно и неприятно одновременно.
Снейп медленно поднялся со стула и направился к большому шкафу. Бутылка дорогого огневиски должна была успокоить его нервы.
***
Боли не было. Только чей–то сильный кулак, въедаясь железными пальцами в сознание, мял изнутри. Сжимал так, что скрипели зубы, разнося по рукам и ногам чертову слабость. Тянущую. Въедливую.
Это была почти боль. Что–то близко… но… не так. Хуже. Внутри. Так глубоко, у самого дна. Глубже. Под ней. В самом существе.
Темные коридоры вылизывали бредущую фигуру своим мраком. Принимали в себя. Приглаживали. Обманчиво–спокойные. Скрывающие… Мерлин, как много они в себе скрывали. Как минимум – бездну пустоты и ужаса, заключенную в лишенное сил тело. Блэк чувствовала, как демоны под ребрами поднимали свои косматые головы. Потягивались, цепляя костлявыми спинами нутро. Обнажали когти, точа их о кости. И легонько дули на сердце.
Так, что холод практически сжирал ее целиком.
Сильнее. Нужно было больше льда. Тогда был бы шанс, один маленький шанс из миллиона, что станет легче.
Прошло совсем мало времени, прежде чем руки толкнули главную дверь Хогвартса. Стылый ветер ударил в лицо, отбрасывая со лба волосы. Делия выскользнула из замка, спускаясь по ступеням и растворяясь в темноте школьного двора. Снова темнота. Спасибо, Мерлин, что существует ночь.
На ней не было мантии. Вышла, как была – в свитере и джинсах. Под подошвами кроссовок похрустывал иней.
«Зима совсем близко», — как–то отрешенно подумала Блэк, засовывая руки в карманы.
Совсем близко. Уже внутри.
По коже пробежал мороз. Медленный выдох – и облачко пара срывается с губ.
Внезапная мысль: а жив ли вообще отец?
Ужас врезался в грудь, заставляя приоткрыть рот. Судорожно глотнуть воздух, обдавший холодом язык. Мерлин. Конечно, он жив. Жив. Он не мог умереть. Делия бы узнала первой. Все бы уже знали.
Она нахмурилась, тряхнув головой. Выгоняя мысли. Вон, блин. Пожалуйста, вон.
Вот, молодец. Почти получилось.
Взгляд зеленых глаз вперился в клубящееся мраком небо, против воли выискивая скользящую черную точку. Филина всегда было легко увидеть в темноте. Всегда легко, когда ждешь.
Ноги сами несли к совятне, что возвышалась к западу от замка, огромной пикой пронзая тьму. Уже близко. Совсем близко. Надо же, это со стороны казалось, будто Хогвартс такой гигантский. Всего пять минут от главного входа – и она уже глухо шагает по ступеням, поднимая тело вверх. Все выше, в башню, по каменной закручивающейся лестнице.
Ступени, ступени, ступени.
И сердце начинает биться быстрее, разнося холод по венам. Движение упрямой мышцы в груди придает уверенности. Совсем немного – самую каплю.
Это так мало, когда ты на краю. А Делия действительно была на самом краю. Неизвестно чего.
Круглое помещение продувалось со всех сторон. Стекол на окнах не было. Практически все жердочки пустовали. Днем здесь можно было увидеть сотни сов. Некоторые спали, а некоторые таращили глаза, напыжившись и пряча морщинистые лапы в пуху живота. Сейчас же птицы охотились. Ночь была их домом.