— Профессор Дамблдор сказал мне…
— Проходите, — устало бросил он.
Ничего не отвечая, Делия, практически не моргая и не меняя выражения лица, подошла к преподавателю и прикоснулась кончиками ледяных пальцев его сжатой руки. Осторожно высвободила из его ладони стакан, наполненный спиртным. Мужчина смотрел на нее раздраженно, яростно, обиженно, и все же спокойно отпустил виски.
Блэк с лязгом поставила стакан на стол профессора, а через долю секунды уже прижималась к краю дивана.
— Я ждала вас битый час, сэр, почему не пришли?
— А этого вам Дамблдор не успел сообщить? — Снейп с трудом выпрямился. Его «темные тоннели» выражали полное бессилие.
— Что с вами случилось? — прямо спросила Делия, теребя мантию.
— То же, что и с вами, мисс Блэк, — его холодный тон заставил девушку содрогнуться. — Так жаждали правды, а сами ускользаете от нее при первой же возможности? Нехорошо, Блэк, совсем нехорошо. Скажите спасибо, что мистер Малфой в прекрасной физической форме и успел спасти вас. Будь на его месте какой–нибудь Долгопупс, от вас бы осталось мокрое место, пока тот соображал бы что к чему.
— Профессор, я…
— Я вижу, что вы еще не готовы к этой правде.
— Но я должна знать! — голос дрожит, и Делия ненавидит эту свою слабость.
Снейп не шевелится. Постепенно его губы сжимаются, а взгляд тяжелеет.
— Вы дали моей матери Непреложный Обет, да? — прошептала она, но тут же кашлянула, будто осекшись.
— Уже в курсе… — раздраженно вздохнул он.
— Вы не сможете мне помочь, — покачала головой блондинка. — Но я не хочу, чтобы вы умирали.
С минуту Северус вглядывался в ее лицо. Девушка нелепо почесала переносицу, что вызвало на его губах едва заметную улыбку. Хоть кто–то о нем беспокоится.
— Люди умирают каждый день, — беспечно ответил он, наблюдая, как Блэк смаргивает слезинку.
— Вы не должны жертвовать собой ради меня, это глупо.
— Жертва во имя родных людей – вы считаете это дурным поступком?
— Я вам никто, — Делия пожала плечами, чувствуя, что вот–вот ее сердце разорвется от переизбытка эмоций.
— Вы значите для меня намного больше, чем думаете, — декан Слизерина сделал крошечное движение по направлению к ней, а затем его тонкие холодные пальцы сомкнулись на плече девушки. — Как бы мы не хотели обратного, смерть вашего отца и моя – это решенное дело. Темный Лорд всегда держит свое слово. К тому же, ваша светлая душа неспособна на убийство, а мне терять нечего.
— Профессор, — девушка задушенно всхлипнула. Внезапным порывом крепко прижалась к Снейпу, утыкаясь носом в его грудь, вдыхая полными легкими воздух. — Я не… хочу… чтобы вы… пожалуйста… — мямлила она, полностью дав волю чувствам. — Мы должны что–то придумать… прошу…
— Нельзя уйти от неизбежного, Делия.
***
Один день с бешеной скоростью сменялся другим. Как и предсказывала Делия, свободные уроки оказались для шестикурсников не временем блаженного безделья, на что так надеялся Блейз, а единственной возможностью худо–бедно справляться с чудовищным объемом работы, которая на них навалилась. Мало того, что по всем предметам каждый день задавали столько, будто на завтра назначены экзамены, так еще и сами уроки стали намного труднее, чем прежде. Ребекка, к примеру, не понимала и половины объяснений профессора МакГонагалл, и даже Делии раз или два пришлось ее переспрашивать.
Неожиданно для всех и к огромному неудовольствию Ребекки самым успешным предметом для Делии стало Зельеварение, и все благодаря Принцу–полукровке. Конечно, и раньше Делия справлялась с Зельеварением на ура, однако профессор Снейп не любил столь излишнее внимание со стороны Блэк к своему предмету и часто любил завалить ее каверзными вопросами, чтобы поубавить пыл ученицы.
Невербальных заклинаний требовали от них теперь не только на Защите от Темных Искусств, но и на Заклинаниях, и на Трансфигурации. Делия часто видела своих однокурсников в Слизеринской гостиной или за столом в Большом зале, посиневшими от натуги, как будто у них что–то застряло в кишках, но она знала, что на самом деле они пытаются колдовать, не произнося заклинания вслух. Немного легче было на занятиях по Травологии в теплицах; они теперь изучали значительно более опасные растения, но, по крайней мере, здесь можно было громко ругаться, если Ядовитая Тентакула неожиданно вцепится в тебя сзади.
Из–за громадного количества домашних заданий и многочасовых изнурительных тренировок по невербальным заклинаниям Делия, Ребекка и Блейз все никак не могли выкроить время, чтобы сходить в волшебную деревню и накупить подарков к приближающемуся Рождеству.
Спустившись в Большой зал в один из будничных декабрьских деньков, от запаха ростбифа у Делии даже живот подвело, но не успела она с друзьями сделать трех шагов к столу Слизеринцев, как дорогу им загородил профессор Слизнорт.
— Делия, Делия, вас–то я и ищу! — добродушно прогудел он, подкручивая кончики своих моржовых усов и выпятив толстый живот. — Надеялся перехватить вас до обеда! Не хотите ли вместо этого прийти ко мне на ужин? Собирается небольшая компания – так, несколько восходящих звезд. Будет Малфой, девочка Уизли, Лавгуд, очаровательная Мелинда Боббин – не знаю, знакомы ли вы с нею? Ее семья владеет обширной сетью аптек… и, конечно, я очень надеюсь, что мисс Исмей тоже окажет мне честь своим присутствием, — закончил Слизнорт свою речь, слегка поклонившись Ребекке. Можно было подумать, что Блейза здесь вообще нет, Слизнорт ни разу не взглянул на него.
— Я не смогу прийти, профессор, — сразу же ответила Делия. — У меня генеральная тренировка по квиддичу в присутствии мадам Трюк.
— Ах, батюшки мои! — воскликнул Слизнорт. Лицо его смешно вытянулось. — Подумать только, Делия, а я так на вас рассчитывал! Ну, что ж, я поговорю с мадам Трюк, объясню ей ситуацию. Конечно, она согласится перенести тренировку на другое время. Да–да, до встречи с вами обоими!
Он заспешил прочь.
— Не выйдет у него уговорить Трюк, — сказал Забини, когда Слизнорт уже не мог его услышать. — Один раз она согласилась отложить тренировку по просьбе Дамблдора, но ни для кого другого она этого не сделает.
— Ох, так жалко, что ты не можешь пойти, мне совсем не хочется тащиться туда одной, — озабоченно проговорила Ребекка.
— Вряд ли ты там будешь одна. Рональда тоже небось пригласили, — буркнул Блейз, которому, похоже, совсем не понравилось пренебрежительное обращение Слизнорта.
После обеда они отправились к себе, в подземелье Слизерина. В гостиной толпился народ, почти все уже успели пообедать, но Блейз, Ребекка и Делия все–таки нашли себе свободный стол и сели. Забини, пребывавший в дурном настроении после встречи со Слизнортом, скрестил руки на груди и вперил взор в потолок. Делия потянула к себе свежий номер «Ежедневного пророка», забытый кем–то на кресле.
— Что–нибудь новенькое? — спросил Забини.
— Да не особенно, — блондинка раскрыла газету и начала проглядывать внутренние страницы. Никаких новостей, касающихся ее отца, не было. Она отложила газету. Нужно было заниматься уроками.
***
В конце недели наконец–то выдалось свободное воскресение, однако прогулка до Хогсмида оказалась малоприятной. Делия обмотала лицо шарфом до самых глаз; та часть лица, которая осталась не прикрыта, быстро намокла и онемела от холода. По всей дороге в деревню виднелись ученики, сгибавшиеся под напором безжалостного ветра. Делии несколько раз приходило в голову, не лучше ли было бы им сидеть сейчас в уютной теплой гостиной, а когда они, наконец, добрели до Хогсмида и обнаружили, что вход в магазин волшебных шуток «Зонко» закрыт на ремонт, Блэк восприняла это как знак судьбы: веселья в Хогсмиде на сей раз не предвидится. Забини махнул рукой в толстой вязаной перчатке в сторону «Сладкого Королевства»; к счастью, там было открыто. Делия и Ребекка, спотыкаясь, ввалились вслед за Блейзом в переполненную кондитерскую.
— Слава Мерлину, — передернулся мулат, когда они окунулись в душистое тепло, пропитанное ароматом карамели.