лешницу. Чиркнула зажигалка, и тусклый огонёк осветил его лицо, обрамлённое растрёпанной чёрной шевелюрой и не совсем ухоженной щетиной. Драко поморщился, заметив этот силуэт в отдалении, но всё же закрыл за собой дверь, отделив себя от коридора и единственного источника света. Забини пытался его заставить взять с собой пистолет снова. Убеждая, что доверять Люпину нельзя, кем бы он ни был. Но после побега из поместья Реддла у Драко не было никакого желания держать оружие в руках. Его пробивало дрожью насквозь от одной мысли о подобном. Если ему суждено оказаться застреленным, то так тому и быть. Его жизнь за отобранную — кажется, это было бы справедливо. — Здесь запрещено курить, — Драко нарушил тишину, наблюдая за ленивыми движениями мужчины. За дверью кабинета притаился Забини, на случай если что-то пойдёт не так, а сам Малфой зашёл внутрь. Было сложно поверить в то, что этот человек являлся агентом Европола: ни тебе костюма, ни начищенных туфель. В противовес официальному виду перед ним был образ байкера, причём не самых внушительных размеров. Драко осмотрел мужчину ещё раз, когда тот приблизился достаточно, чтобы его зрение смогло оценить все достоинства противника. «Байкер» остановился в паре метров, выпустив клуб дыма почти в самое лицо Малфоя. Холодные глаза с прищуром смотрели из-под растрёпанных волос, густые брови сошлись на переносице, словно бы агент так же с недоверием оценивал ситуацию, рассматривая парня с головы до ног. Подбитый, с забинтованными руками и разбитой губой, сейчас он очень подходил под описание гангстера или бандита. Когда они днём приехали в университет, то Малфой не пошёл на сами занятия, пряча лицо в широком капюшоне худи. Он дождался окончания лекции Люпина, чтобы зайти к нему, ловко уворачиваясь от ненужных взглядов. Сейчас не хватало только нарваться на Уизлетту или кого-то ещё из дружков Гермионы, чтобы ей доложили о его состоянии. В том, что при таком раскладе девушка начнёт названивать с ещё большим усердием, Драко совершенно не сомневался. Но за всё это время он не ответил на звонок ни разу. Боялся услышать разочарование в её голосе, хотя и понимал, что Гермиона ещё ничего не знает. И ключевым было слово «ещё». То, что она достойна знать правду, он прекрасно понимал. — Сомневаюсь, что меня за это исключат. Драко Малфой пришёл сдаться правительству? — хриплый грубый голос прорезал темноту, отрывая парня от размышлений. Малфой слегка поморщился. Приветствие в самый раз для преступника. Клеймо, что висело на нём из-за происхождения, невозможно было стереть. Хотя сейчас это было не таким уж ложным утверждением. — Как недальновидно и непрофессионально с вашей стороны начинать беседу с предвзятого отношения, возможно, с единственным свидетелем, который готов сотрудничать, агент Блек. Мужчина скривился в недовольстве от прозвучавшего скрытого оскорбления. Раздражительность проявила ещё пару более глубоких морщин у переносицы. — Думаешь, если нигде не засветился, я поверю в твою невиновность? Они молча сверлили друг друга напряжёнными взглядами, пока не поравнялись, отмечая тот факт, что были практически одного роста. Драко ехидно усмехнулся, отчего трещина на губе сразу напомнила о своём существовании. — Думаю, у вас нет иного выбора. Что-то я не вижу очереди из желающих развалить империю и всё к ней прилегающее. Агент сделал глубокую затяжку, выпуская горький дым в лицо собеседника, и хрипло засмеялся. — И то верно. Странно, что этого желаешь ты. Малфой постарался пожать плечами, игнорируя ту боль, что сразу отозвалась в туловище: — Я вообще странный от природы. Но у меня есть два условия, — Драко сделал паузу, наблюдая за тем, как лицо Блэка вытягивается в некотором удивлении, но потом тот понимающе кивнул, продолжая раскуривать свою сигарету. Он не сказал и слова, а значит, готов был выслушать. — Когда всё пойдёт под откос, и вы начнёте брать людей, не трогайте мою мать. В этом деле она жертва, её удерживают практически насильно. — А второе? — Сириус встряхнул чёрными волосами, отбрасывая их с лица, сейчас он уже не выглядел так напряжённо. — Оставьте в покое Гермиону, — голос на мгновение просел, стоило ему назвать имя, но Драко быстро взял себя в руки. — Не смейте даже приближаться к ней. Не надо её втягивать в это дерьмо ещё больше. Меня вам будет достаточно, а ей внимание от Европола ни к чему. — Что ж, — мужчина снова кивнул. — Вполне выполнимые условия сделки. Но у меня тоже есть одно: ты не посмеешь передумать. Начиная с этого момента, ты будешь работать на меня и давать ту информацию, которую мы запросим. Любую. Устроит? — широкая мозолистая ладонь протянулась к Драко для рукопожатия, и он не замедлил ответить, крепко сжимая руку агента. — К этому я и стремился. Блэк довольно хмыкнул, ощущая силу в этой хватке и твёрдую уверенность. Он смотрел на лицо парня и пытался понять, что с ним было не так, если он был согласен предать свою семью и, по сути, лишиться всего, что имел сейчас. Разбитое лицо только добавляло вопросов. Агент отступил на шаг, поворачивая руку, что только что пожимал, чтобы рассмотреть бинты со следами проступившей кое-где крови. Молчаливый вопрос в его глазах нисколько не смутил молодого человека. — На днях был не самый простой вечер, — спокойно протянул он, отмахиваясь от очередного клуба дыма. — Вы можете арестовать меня прямо сейчас, агент Блэк, потому что недавно я убил человека. Но я готов к нашему сотрудничеству.