***
Приехавший вечером после тревожного звонка Гермионы, Сириус не узнал ровным счетом ничего, но по одному взгляду на мальчишку он понимал, что информация ожидает его в ближайшее время. Он караулил свой телефон и компьютер до поздней ночи, обновляя страничку снова и снова, мысленно подгоняя Малфоя работать с той же отдачей, с какой он начинал в своё время. Одно, о чём он надеялся не забывать: мальчишка Малфой не был агентом и в целом, не обязан был работать на него. Доказательства против Драко были лишь косвенные, и Сириус был уверен в том, что тот прекрасно знал об этом факте. Мужчина сам не заметил, как задремал, откинувшись в своём кресле, кожаная куртка соскользнула со спинки, упав на пол, но даже это не потревожило его, в обычное время, чуткого сна. Он устал. Слишком устал гоняться за призраком, который ускользал от правосудия уже шестнадцать лет. Во сне он видел прошлое, свою молодость и первые дни в отделе. Альбус Дамблдор был их мудрым наставником, даже находясь в кресле прокурора, он всегда четко видел ход дела, дергал за нужные ниточки и приводил команду к результатам. О таких людях часто говорили «Прирожденная ищейка». Альбус был именно ищейкой, способным вынюхать истину в самых сокрытых местах. Сириус вспоминал, как они впервые отмечали самое первое закрытое дело в баре. Люпин тогда всё ещё был самоуверенной задницей, но именно то дело заставило их подружиться. Они провели долгий вечер после тяжелого задержания преступника за пинтой ирландского эля, обсуждая все крутые и не очень моменты с облавы. Тогда все в их команде остались целы и невредимы. И этот факт был весьма радостным для всех, кто так или иначе учавствовал в расследовании. Тогда мир казался таким простым для его максималистских взглядов. Преступники были плохими парнями, которых стоит упрятать за решетку. Среди них могли попасться слабые неудачники, которые просто свернули не на ту дорожку, но даже таких, казалось, необходимо наказать. Когда ты оступаешься, ты должен нести ответственность за свои поступки. Сириус был уверен в этом убеждении, даже не смотря на то, что сам в подростковом возрасте не раз попадался на разбое. Что его взяли в агентство было настоящим чудом, имя которому — Альбус Дамблдор. Этот старик изменил его жизнь, и Сириус всегда чувствовал себя несколько виноватым, что так и не раскрыл его дело, хотя и не показывал это в открытую. Мысли о старике напомнили и о сцене преступления, которую он увидел в спальне, когда приехал на вызов: пропитанный кровью ковёр, и зияющая во лбу пуля — это было настоящей казнью, жестокой расправой за все те хорошие дела, что сделал этот старик за свою жизнь. Так несправедливо… Тогда они нашли ещё кое-что интересное: единственный свидетель, который отказывался что-либо помнить. Маленькая девочка, спрятанная в шкафу, была приемной внучкой Альбуса. И каково было сейчас видеть её взрослой и главное — вспомнившей всё. Сириус вздрогнул от громкого оповещения, когда на почту пришло сообщение, подрываясь на стуле. Колесико тут же зацепилось за кожаную ткань на полу от упавшей куртки, от чего мужчина чуть не перевалился в бок, но вовремя схватился за стол, сдерживая равновесие. Одно сообщение, которое он ждал так долго, что успел заснуть за столом. Игнорируя боль от затекшей спины, агент открыл вложенный документ с фотографиями, и волосы его зашевелились на затылке. Сейчас он смог осознать, почему мальчишка Малфой выглядел так, словно узнал о конце света. Это и был, в своём роде, конец света для него самого. Одно предложение, написанное в сноске к письму, уничтожало все предыдущие планы на ряду со всеми прошлыми предположениями: