, эта тема была бы интересной, если бы Грейнджер это сейчас хоть как-то волновало. Учеба теперь казалась такой бесполезной и ненужной, что горло сводило от тихого смеха, когда шоры наконец-то пали с её глаз, открыв перед ясным взором всю прогнившую картину. В новостные ленты стали просачиваться новости о закрытии международной клиники, исчезновении Крауча, а так же о заключении под стражу отца Грейнджер, так что косые взгляды в её сторону становились такой же нормой, как ранние попытки занять у неё конспекты по лекциям. Настенные часы в аудитории наконец-то передвинули свои тяжелые стрелки, отмеряя начавшееся время перерыва на ланч, и все студенты встали, как по команде. Но Гермиона проигнорировала спешные сборы в столовую, бросая вещи на столе и поторопилась вниз по ступеням. Нога всё ещё переодически отзывалась тупой болью в суставе, но её было легко игнорировать. Пробежав мимо пустующего места Малфоя, который так и не появлялся в институте уже второй день, девушка поторопилась к преподавательскому столу. — Профессор? — её сердце испуганно трепыхалось в груди, опасаясь возможного ответа, но Грейнджер знала, что ей стоит наступить на глотку собственным неуверенности и страхам. Довольно быть тепличной девочкой. Сейчас, когда она осталась одна, ей придется стать жестче. — У вас остались какие-то вопросы, мисс Грейнджер? Люпин даже не поднл глаз от своих файлов, делая пометки на работах более старших курсов и внося какие-то заметки в собственный ноутбук. Гермиона поджала губы, чувствуя ту стену, что сейчас раззрасталась между ними с преподавателем, практически придавливая её к полу, словно бесполезного и мелкого таракана. Римус Люпин совершенно безпринципным образом давал понять границы дозволенного, где кроме учебы между ними не было ничего. И это было понятно даже без уточнений. Но Гермиона не готова была так легко сдаться. Не в этот раз, и не сейчас. — Я хочу знать, что действительно произошло перед новым годом, раз Драко не ходит на занятия. Она не была идиоткой. Чтобы сложить два и два не нужно было иметь семь пядей во лбу. А если точнее, то Гермиона понимала, что из-за их разрыва бросать институт Драко точно бы не стал. СЛишком мелкая причина. А поэтому она подозревала о куда большей разменной монете, которую от неё привычным образом решили скрыть. Руки Люпина дрогнули, замерев над одной из тетрадей, но потом профессор с легкостью взял себя в руки и продолжил свою проверку. — Не понимаю, с чего вы решили, что я могу знать причины прогулов мистера Малфоя, мисс Грейнджер. Вам лучше поинтересоваться у него самого, — в противовес привычному поведению, он даже не поднял на девушку взгляда. — Хорошая попытка, профессор. Но актер из вас явно некудышный. — Прошу прощения? — он наконец-то осмелился поднять на Гермиону свои глаза, заставив тем самым вздрогнуть от того ледяного озера, что обдало девушку своим холодом. Гермиона отшатнулась назад, испытывая неподдельный шок от испытанного влияния простого взгляда преподавателя. Его словно подменили! И чем дольше она смотрела в его глаза, тем отчетливее слышала приказ тихого шепота: «Беги, Гермиона. Это не твоя война, Грейнджер. Забудь его.» На мгновение ей показалось это решение правильным, и она даже отступила на пару шагов от стола, словно это место было проклятым. Но потом губы сжались в упрямую линию, и девушка настойчиво ступила обратно, склоняясь над стопками студенческих эссе и тестов. Её глаза опасно прищурились, сопротивляясь этому властному взгляду и противостоя его холоду. — Я говорю, что вы не умеете врать, профессор. И прекрасно это знаете сами. Как и то, что в действительности случилось с Драко. Если это была его воля, держать от меня всё в тайне, а может, приказ Блека, мне абсолютно на это плевать. Я должна знать, что происходит. Мужчина устало вздохнул, растирая переносицу. Он был профессором уже давольно давно, чтобы привыкнуть к студенческим угрозам. Только вот в этот раз причина была совершенно новой и никак не связанная с его компетенцией. Он опасливо осмотрелся по сторонам, словно убеждаясь в безопасности. И только спустя несколько секунд склонился навстречу. — Послушайте меня, мисс Грейнджер. Я понимаю вашу тягу помогать в делах агенства. Ваш дедушка погиб из-за этих дел. Но вы — не он. Альбус Дамблдор давно мерт. А с ним умерло и ваше право хоть как-то и кому-то указывать. Вернитесь на бренную землю, потому что то, что вы видели — не игра в компьютере, а реальная жизнь. И ваша реальность находится здесь. Поэтому собирите свои вещи и не опаздывайте на следующую лекцию. Он захлопнул тетрадь перед собой с такой силой, что Гермиона подскачила на месте от раздавшегося по залу хлопка. Люпин одним ловким движением сгреб стопки под мышку и закинул ноутбку в сумку сводобной рукой. Он больше не повернулся к ней, покидая кабинет и всем своим видом демонстрируя окончание диалога. Гермиона же смотрела в удаляющуюся широкую спину, и думала о том, что вот он — конец её детских убеждений в справедливость мира. Если даже самый мудрый и правильный, как ей казалось, человек отвернулся от неё, бросая в незнании. Может, её желания были глупыми и напоминали замашки камикадзе. Но ей просто необходимо было распутать тот клубок, что тугой петлёй затянулся вокруг её глотки. Так продолжаться больше не могло ни дня.