Время ланча пришло настолько же неожиданно, как и наступало утро вот уже который день подряд. Гермиона вообще плохо ориентировалась во времени в последнюю неделю, отссчитывая дни скорее по инерции. И если все люди считали по обыкновению дни от начала нового года, Грейнджер считала дни с момента, как Драко решил с ней порвать все связи. Шёл десятый день с момента, как она видела его в последний раз. Гермиона взяла поднос даже не глядя. Тарелки с едой она ставила совершенно не думая о том, что хотела бы съесть и будет ли вообще обедать. Её взгляд судорожно метался по кафетерию от одного лица к другому, в поисках того самого. Но нет, Грейнджер не была дурой, которая решила, что Драко решил бы прийти перекусить в универ, при этом не появившись ни на одной лекции. Она искала другого, того, кто по её определению точно должен знать о Малфое всё. Тёмная макушка со слегка курчавыми волосами нашлась на прежнем месте. Блейз ковырял видкой развалившейся бургер, словно кладоискатель в попытках найти потерянную реликвию, его тёмные брови сошлись на переносице, и впервые за всё прибывание в универе Забини молчал, оградившись от окружения какой-то особой аурой, присущей только ему и Малфою. Все, кто так или иначе хотели бы поговорить с ним, ещё из дали ощущали напряжение и предпочитали ретироваться за другой стол. Даже близняшки Кэрроу, никогда не отличавшиеся особым чувством такта, только насторожено покосились в сторону давнего знакомого и просеменили мимо. Это был её шанс. Другой возможности может не быть. — Гермиона, ты куда? — голос Джинни быстор растворился в гуле толпы, что сомкнулась за спиной девушки, когда она уверенно пересекла зал и плюхнулась напротив Блейза. — Привет, — Грейнджер буквально впилась взглядом в смуглое лицо, которое не торопилось обращать на неё своё внимание. И сообразив, что старые приемчики на гостя не действуют, Забини всё же поднял на неё свои глаза. Гермионе почудилось, словно её ударило электричеством, когда она столкнулась с почерневшими глазами. Уставший и измотанный, Блейз, казалось, состарился на десяток лет вперед всего за несколько дней. И опасения о том, что случилось что-то непоправимое, ударило девушку под дых, лишив возможности вдохнуть поглубже. — Что… Что случилось? Не было привычного голоса или требования, силы Гермионы покинули её в одну секунду, когда она столкнулась с темным взглядом Забини. Что скрывалось под жтой тьмой? Ей былос трашно узнать ответ на этот вопрос. — Грейнджер… — парень прижал пальцы к ноющему виску, не скрывая уровень своей разыгравшейся мигрени, — Не до тебя сейчас, уйди, пожалуйста. — Бог мой, Блейз, ты вообще спал в последние дни? — Не знаю… Слабый и едва слышный вдох вместо ответа стал отличным доказательством измотанности. Гермиона и вовсе забыла про свой поднос с едой, в тихом ужасе наблюдая за лучшим другом Малфоя. Эти двое всегда были чем-то далеким от понимания. Гермиона нераз видела их споры и приперательства, слыша, как они выкрикивают проклятия друг другу в спины, но в то же время Малфой и Забини представляли из себя идеальный слаженный механизм. Казалось, что они были способны читать мысли друг друга. И всегда вставали на защиту товарища, а сейчас… Когда Драко нет в университете, Блейз словно потух в один миг. Была ли это магия или просто совпадение, но Гермионе становилось окончательно не по себе от чувства неправильности всего происходящего. Сострадание к Драко, к Забине, сидящему напротив, сжало её сердце, и она потянулась через стол, перехватывая подругивающую темную ладонь. Блейз вздрогнул от прикосновения и резко распахнул глаза, в растерянности смотря на незванную собеседницу. — Блейз, тебе не хорошо? Я могу тебе… помочь? В мире обращенном во тьму, проявление сострадания и эмпатии казалось чем-то невероятным. Настоящим чудом, если ты всё ещё способен был в них верить. Блейз себя к последним никогда не относил. Его сказка жизни разрушилась очень давно. Прежде, чем он успел вырасти из возраста, когда все дети ещё верят в Санту. Его сказка была безжалостно разрушена перестрелкой, где он оказался по воле судьбы. На кортеж его родителей напала вражеская группировка, пытавшаяся отвоевать поставки оружия на ближний Восток. Блейз на всю жизнь запомнил звуки очереди и кровь, растекающуюся по белым рубашкам охраны. Именно этот случай заставил его родителей сослать мальчишку в Англию. В дали от семьи он был в куда большей безопасности, чем в родном доме, который из года в год грозились подорвать или подвергнуть обстрелу. — Ты сумасшедшая, Грейнджер, ты в курсе? — он тоскливо усмехнулся, не скрывая своего удивления от прозвучавшего предложения. Верить в такие слова было слишком сложно. Девушка напротив нахмурилась, и её нос забавно сморщился, словно бы та учуяла протухшую рыбу в своем обеде. Однако, на подносе был скорее склад фастфуда и целая гора бесполезного салата, смешанного с кетчупом. Она вообще видела, что делает? — Не самый ожидаемый ответ. Но я слышу это уже не в первые. Что в этот раз выдало мои ментальные проблемы? — Ввязаться в игры мафии, оказаться внучкой убитого прокурора, влюбиться в наследника, — Забини вздохнул, по взгляду собеседницы понимая, что эту стену ему ен пробить. Пожалуй, в своём упрямстве Грейнджер идеально подходила Малфою. Два непробиваемых барана умудрялись взаимодействовать и сосуществовать вполне гармонично. Удивительный баланс характеров, которых он никогда ранее не наблюдал, — Тебе разбили сердце, а ты всё ещё лезешь со своей помощью. Хочешь заполучить себе бюст блаженной Грейнджер? Она лишь пожала одним плечом. Весьма пренебрежительно, как ей бы хотелось в это верить. — Было бы не плохим дополгнением к моей домашней фотогаллерее, не думаешь? — Да уж. За столом повисла тяжелая тишина. И пусть студенты вокруг галдели, стучали ложками о тарелки и громко смеялись на высказанные шутки и истории — этого мира не существовало для двоих, замеревших за столом. — Где Драко? — тихо, почти прошептала Гермиона, сжимая кулаки на столе. Ей всё сложнее было сдерживать свои нетерпеливые порывы, — Что случилось? — Я не знаю. — В смысле? — В прямом, — парень устало потер глаза и зажал переносицу, продолжая, — Он перестал выходить на связь. Дома никто не открывает. Словно в воду канул. Его родители молчат в тряпочку, и я понятия не имею что происходит, потому что неожиданно мне подписали «вольную». — Что ты имеешь в виду? — На днях отец сообщил мне, что официально выводит меня из дела. Я больше не в мафии, — Блейз развел руками и пожал плечами, — Мне отдали счет, чтобы я не бедствовал до конца жизни, и на этом все. — Тебя исключили из семьи? — Лучше сказать вытурили наглым образом. Не то, чтобы я был против. Но теперь у меня нет каналов связи, чтобы связаться с Драко или хотя бы спросить о том, что происходит внутри! Я… кажется, я с ума схожу. Гермиона понимающе хмыкнула. Забавно все получается, какая вереница событий следует, обрывая ей ниточку за ниточкой, что связывала бы её с Драко. Отец говорить не хочет, Люпин — тоже, Сириус — не выходит на связь, а Блейз. Оказался в таком же информационном вакууме, где она сама пребывает уже не первый месяц. Обращаться к кому-то ещё было бесполезно, потому что поверенных не было. Гермиона была слишком слепа в мире, где всё оказалось слишком запутанным. — Добро пожаловать в клуб дефицита информации, мой друг. Я существую так с осени. — Пиздец, — маска отстраненности и безразличая упала с лица Забини, и в тот же момент он устало опустил голову на стол. Лоб приятно встретился с прохладной поверхностью, а руки легли поверх затылка, словно растирая тот от ноющей боли. Ему претила сама мысль от возможности оказаться в подобной ситуации. Но вот он здесь, и черт его дери, Грейнджер оказалась единственным допустимым собеседником из всех возможных. Тем временем девушка продолжала: — Я думала, ты сможешь мне помочь с информацией, но по видимому мы с тобой в одной лодке. Не хочешь подключиться? Он смерил её мрачным взглядом. Таким обычно смотрят на предателей или тех сумасшедших, что несли откровенную чушь. Она сейчас серьезно? Но судя по выражению лица Грейнджер впринципе шутить не умела. — Брось, Блейз. Ты знаешь, что Драко дорог нам двоим. Мы не хотим, чтобы с этим придурком что-то случилось. И честно сказать, я не намерена забывать всё так просто. Моя мать в Америке, по программе защиты свидетелей, и один Дьявол знает куда её там увезли, а мой отец в тюрьме, и выйдет не скоро. Кстати, он советовал обратиться к Виктору, для защиты. — Крам? Это было что-то интересненькое и совершенно неожиданное. Блейз вспомнил, как этот парень неожиданно появилс