***
Гермиона просто не могла поверить в то, что делала это. Быстро шагая по улицам города, ей сложно было представить, как она будет выходить из сложившегося положения. Ведь Малфой по-любому узнает, что документы исчезли, а из всех людей в университете, только она знала об их существовании и была заинтересована в информации, что содержалась на этих порванных страницах. С одной стороны, то, что он взял их с собой на занятия было заметной удачей, но вот с другой… Вряд ли она вернётся уже на пары сегодня. Прикусив губу, девушка нервно осмотрелась, словно опасаясь, что разъярённый Малфой уже несётся вслед за ней, выслеживая ничуть не хуже полицейской ищейки. Но, к счастью, погони не предвиделось, а поэтому Гермиона свернула на знакомую улицу к уже полюбившейся лавке с пластинками. — Фред? Джордж? Ребята, где вы? — когда на звук колокольчика никто не вышел, Грейнджер медленно прошла внутрь магазина, стараясь двигаться осторожно между ненадёжных стеллажей и шатких конструкций. Тишина нарушалась только очередной пластинкой в проигрывателе. Гермиона напряглась и тревожно сглотнула, поскольку не могла заметить даже малейшего движения в помещении. Словно всё было на паузе, и ей это определённо не нравилось. — Испугалась?! — откуда ни возьмись за её спиной раздался резкий возглас. Гермиона тут же вскрикнула и резко развернулась, со всего размаха заехав одному из близнецов папкой по лицу. Парень сразу согнулся, схватившись за отбитое ухо, и тихо простонал. — Чёрт! Джордж! Какого чёрта ты так пугаешь?! Ты совсем идиот?! Вы оба! — закричала она, но тут же ступила ближе, виновато пытаясь заглянуть в лицо друга, что прижимал руку к отбитой стороне лица. — Прости… Я не хотела. Это само… Картина, разворачивающаяся в пыльном магазинчике пластинок, была, что говорится, написана маслом. Фред в растерянности смотрел на всё произошедшее и даже не знал, что ему стоило бы сделать: помочь брату или посмеяться над тем, что ему двинула девчонка. — Мда, Гермиона. Похоже, что легенды о твоей тяжёлой руке основаны на реальных событиях, — пробормотал он, помогая временно контуженному брату присесть. — Фред, если я умру, ты не посмеешь вернуться на учёбу. Не хочу быть единственным идиотом в семье, кто не получил степень магистра, — наигранно страдал второй, даже не торопясь открыть глаза. Гермиона зло посмотрела на этот драматический театр одного актера, пока выскребала намёрзший лёд из их маленького холодильника в вафельное полотенце. — Ничего ты не умрёшь. Всего лишь лёгкий ушиб. В следующий раз будешь сначала думать, прежде чем выскакивать за моей спиной, — ворчала она, прикладывая компресс к покрасневшему месту. Джордж приоткрыл один глаз, наблюдая за девушкой и едва сдерживая наглую улыбочку. Если говорить прямо и начистоту, то близнецам нравилась Гермиона. Не в романтическом плане, а скорее в экспериментальном. Её реакция всегда отличалась от реакции большинства, а способность поддержать и развить беседы на разные темы только разжигала больший интерес к этой особе, которая забрела в их магазинчик одним воскресным днём. — Всего лишь? Да я оглохнуть мог от такого удара. Фред, она похоже даже не осознаёт своей силы! Это опасно для всех, кто её окружает, — наигранная паника и нелепое бормотание продолжили «шоу». Гермиона с нажимом заставила Джорджа облокотиться обратно и вернула компресс на место. — Сиди и не рыпайся. Пока с другой стороны не врезала. — А это, мисс Грейнджер, уже угроза жизни, — заметил Фред, нагло заглядывающий в сумку девушки, и с особым отвращением вытянул потрёпанные листы. — Это что? С каких пор в Оксфорде раздают мусор? Договорить ему не дали — Гермиона ловко вырвала листы из любопытных рук близнеца и прижала к себе. — Это моё. Я… — осознав, что скорее всего повела себя слишком резко и грубо, она тут же стушевалась и потупила виноватый взгляд. — Прости. Напряженные выходные. И ты, Джордж, прости. Не знаю, что на меня нашло… — плечи девушки опустились, и сама она стала выглядеть так серо и хмуро, что братьям это совершенно не понравилось. Джордж сразу встал, чудным образом исцелившись, и мягким жестом усадил Гермиону на своё место. Его широкая ладонь задержалась на её плече, слегка сжимая. — Не знаем, что у тебя случилось, Гермиона. Но дерьмо иногда случается. И именно для таких моментов есть друзья, — парень сверкнул белозубой улыбкой и кивнул своему брату, который сразу понял знак и пошёл закрывать входную дверь. — Ребята, что вы делаете? — настороженно наблюдая за передвижениями близнецов, Грейнджер терялась в догадках. Двигая напольные витрины и стеллажи, братья ловко освобождали пространство зала, расставляя мебель ровно по стенам. Взяв какую-то палку, Фред зацепил на потолке крючок и потянул вниз, опуская огромных размеров экран, в то время как со второго этажа, где была жилая квартира братьев, Джордж сбросил пару больших пуфов. При ударе о пол, те подняли клуб пыли, заставив Гермиону закашляться, о том, что здесь просто жизненно необходима уборка, она решила упомянуть чуть позже. Девушка и глазом моргнуть не успела, как рядом с ней уже было устроено комфортное место для посиделок. — Как на счёт классики? Что-то из шестидесятых? Эклектичная эпоха и эклектичные фильмы, — открыв шкафчик со старыми плёнками, он помахал катушкой со счастливым видом. — Нашёл. — Тогда запускай! Последнее, чего Гермиона ожидала от близнецов — это тёплой поддержки. Просмотр классики британского кинематографа шестидесятых годов весьма её успокаивал. Они просмотрели шикарнейшее кино, которое могли принять только настоящие ценители: «Коллекционер» 1965-го года и «Большая прогулка» 1996-го с де Фюнесом помогли по-настоящему избавиться от нервного напряжения. В меру поплакать и посмеяться оказалось просто необходимым для Гермионы, которая вот уже почти месяц ходила, как натянутая струна. — Ну, как? Тебе стало лучше? — на этот раз улыбка Фреда не выражала привычной игривости или намёка на что-то, он просто мягко улыбался, так по-доброму и по-семейному, что Гермиона не сдержала порыва обнять двух братьев за шею, притягивая к себе. — Спасибо, ребята.