Глава 16. It's the History of Violence
Тёмный лес хранил мрачную тишину, густой туман спрятал под своим покрывалом все мелкие детали, отделяя несколько чёрных фигур от всего мира, словно отправляя в иную, потустороннюю реальность. Их никто не мог заметить, слишком далеко от жилых районов, но если бы кто-то увидел их издалека, то вряд ли мог бы рассмотреть, что мужчина, идущий впереди, был напуган до чёртиков. Спотыкаясь через раз, он нервно оглядывался на свой конвой, состоящий из трёх людей. Его запястья были туго стянуты за спиной, отправляя острые иголки судорог к самым локтям, но даже такая жалоба не позволяла его похитителям сжалиться хоть на секунду. — Пошевеливайся! — рявкнула женщина, зло пнув мужчину по голени острым носком сапога, в её руке, скрытой под чёрной кожаной перчаткой, снова сверкнул металл ножа, который привлекал его внимание куда больше пары пушек, что были направлены ему в спину двумя другими сопровождающими. Почему-то, и пленник понятия не имел почему, но он ощущал, что главная опасность исходила именно от женщины. — Я не понимаю, чего вы ещё от меня хотите. Я рассказал всё, что знал. Умоляю вас! — сбивчиво пролепетал он, ощущая всё ещё сводящую с ума боль в рёбрах. После столкновения в аварии всё и без того продолжало заживать, но сегодня эти два бугая добавили ещё проблем его здоровью, пересчитав заново все кости его скелета. Ник, а именно так звали несчастного, нервно сглотнул, когда встретил насмешливый взгляд двух чёрных глаз, напоминавших бездну. — Мы ещё не договорили, — женщина оглянулась назад, словно бы примечая, достаточно ли далеко они отошли от шоссе, и только удовлетворённо кивнула. Один из верзил тут же вырос перед Ником, будто материализовался из того густого тумана, что их окружал, и приставил дуло пистолета прямо ко лбу. В такие моменты сразу остро чувствуется любовь к жизни и то, как душа опускается к пяткам. — Что?! Нет! Я вас умоляю! Я всё рассказал! Я клянусь! — закричал он, порываясь сбежать, но удар под колени заставил его рухнуть, уткнувшись лицом в иссохшие, но влажные после дождя листья, воняющие гнилью. Цепкие пальцы тут же вплелись в его волосы и резко потянули назад, а Ник смог увидеть лицо женщины ещё ближе, различая искры безумия в зрачках напротив. Она расплылась в широкой улыбке, приставляя лезвие к глотке и слегка надавливая. — А я не верю, — пропела она, улыбаясь ещё шире. — Ну же, Ник, может, здесь твоя память проснётся? У меня есть верное средство против амнезии, — демонстрируя свой любимый нож, Белла облизнулась. — Я буду отрезать от тебя кусочек за кусочком, пока твоя память не вернётся, ну или пока ты не сдохнешь здесь, как последняя собака, истекая и захлёбываясь своей кровью. Решай. Твои друзья — настоящие слабаки, продержались не очень долго, всего пару-тройку часов, прежде чем откинули копыта. Хочешь узнать, сколько продержишься ты? Ему хотелось кричать и рыдать одновременно, потому что он чувствовал, что спасения нет. Но мерзкая искра надежды заставляла трепетать его сердце, молящее о жизни и свободе. — Я прошу вас… — снова просипел он, вызывая усталый вздох женщины: — Фенрир? Жёсткий удар по лицу вышиб весь воздух из лёгких, а хруст ломающегося носового хряща был таким громким, что казалось можно было оглохнуть. Ник закричал от боли, вызывая только громкий смех женщины, разве что не кружившейся от восторга. Фенрир нанёс очередной удар, стоило только несчастному приподнять голову, и солёный привкус наполнил глотку, вызывая хрип и тошноту, заставляя закашляться, сплёвывая кровь в перегнивающие листья на земле. Бугай занёс руку для ещё одного удара, и Ник приготовился к этому нокауту… — Стой! Мне надо, чтобы он ещё был способен говорить, — громко одёрнула охранника Белла и снова оказалась около мужчины, в очередной раз дёргая его за волосы и заглядывая в разбитое лицо, на котором открылись старые раны после аварии и появились новые. — Красота. Ну что, вспомнил что-нибудь? Кто вас послал следить за мальчишкой? — Я не знаю, — смотря на женщину лишь одним глазом, так как второй уже заплыл кровью, Ник всхлипнул в попытке вздохнуть, сплёвывая новую порцию крови, что наполнила рот. Острое лезвие полоснуло по щеке и заставило его заорать сильнее, но Беллатриса не отпустила свою жертву, прижав лезвие к уху. — Подумай ещё раз, Никки, или я буду очень медленно отрезать тебе ухо, начну с мочки. Тебе же оно совсем не нужно, верно? Что-то в её голосе подсказывало ему, что она не врёт. За это недолгое знакомство с этой женщиной, Ник понял, что она в целом никогда не врёт и её слова лучше воспринимать всерьёз. Ему следовало бы сдаться ещё раньше, чтобы не ощущать боли сломанных рёбер, разбитого носа и ещё массы ушибов. — Я действительно не знаю… это были сообщения! — поспешил оправдаться он, ощущая, как лезвие усилило нажим. — Нам позвонили и предложили дело. Беллатриса даже заинтересованно склонила голову набок, ослабляя хватку и перестав оттягивать голову пленного назад. — Уже лучше… Ты знаешь, кто это был? — Нет. Он не назвал себя, но неплохо заплатил. Сказал, что мы должны припугнуть мальчишку, загнать куда-нибудь или подстроить аварию. В общем заставить паренька свалить из города. — Как интересно. И что, получилось? — Он улизнул. Нас не предупреждали, что парень — гонщик. На это заявление, сделанное настолько искренне, Беллатриса засмеялась слишком громко, отчего вороны по соседству испуганно взмыли в воздух, вторя её голосу своим карканьем. Ник вздрогнул, мысленно проводя параллель, словно бы эта женщина вышла из загробного мира, как ангел мщения, настигая всех грешников. А он грешил