Володя полез по карманам, совершенно четко зная, что документов у него нет. Откуда в пятнадцать лет документы. Что ж не получит премию. А вдруг там несколько тысяч, а то и больше! Да хотя бы пятьсот, хлеб по пути домой купит и молока. Он попытался вспомнить, сколько дали за вторую и третью. В голову почему-то приходили какие-то тысячи - тридцать, сорок и даже пятьдесят. Им и так выдали ноутбуки, зачем еще такие сумасшедшие деньжищи.
Эх, если хоть что-то бы... Он наткнулся на какую-то корочку, удивленно замер и вспомнил. Мать говорила, что для участников конкурса нужен был документ. Вот он и взял свидетельство о рождении - единственный его настоящий из имеющихся документов.
- Свидетельство подойдет? - он замер, глядя, как кассир раскрывает корочки.
- Ну, - протянула она. - Как сказать....
Свидетельство было без фотографии. Его ли?
- Давайте я Тонкова позову, он вам скажет, что я Дементьев, - готовно предложил парень.
Кассирша задумалась. С другой стороны, какие еще могут быть у парня документы. У ее сына четырнадцати лет тоже кроме свидетельства ничего нет. Ей уже передали, что она должна выдать определенную сумму Дементьеву. Вот он Дементьев. Что ей еще надо? А к директору лучше сегодня не ходить.
- Только знаешь, - заговорила она виновато, - сегодня я не ждала таких выдач, в банке особо не заказывала, к концу дня крупные купюры раздала, сегодня несколько человек в командировку в Москву уехали. Как на грех, остались только сторублевые. Я бы часть суммы тебе сегодня ими выдала, а завтра остальные. Возьмешь? А то приходи завтра с утра, часам к одиннадцати, выдам все без проблем.
Она замерла. В принципе, любой бы начал шуметь, получив зарплату сторублевыми. И если он откажется, побегать уже ей. Директор какой-то дерганый. Велел парню деньги выдать обязательно сегодня. А когда она стала объяснять, что ей никто не говорил о выдачах даже не в конце рабочего дня, а после, наорал на нее так, что ее заколотило. Если парень не возьмет, он ее уволит. Точно уволит.
От таких мыслей, ее лицо, обычно надменное и какое-то сонное, стало просительным.
- Да нет, давайте, - согласился Володя. Он вдруг захотел молока - холодного, приятного на вкус. И чтобы выпить вдоволь и не торопясь. Один осилит литровый пакет.
Последний раз он пил молока месяц назад, когда маме выдали к зарплате небольшую премию и она, расщедрившись, купила на четверых литровый литр молока. Дорогое оно сейчас, откуда у них на него деньги.
- Вот и хорошо, - обрадовалась кассир, - я тут уже в ведомости обозначила, сколько я могу тебе дать сегодня.
Володя полез в карман и вытащил свою тайную гордость - найденный нынешним летом кошелек. Его, скорее всего кто-то выбросил за старостью, но для парня из небогатой семьи был в самый раз. Несколько кредиток он вполне сможет разместить. А может даже полсотни бумажек, если ему столько дадут. Он никогда еще не имел полсотни банкнот, чтобы увидеть, лягут ли они в кошельке. Представил себя богатым, имеющим рублей пятьсот. Вот это да! Получить бы ему такую пачку десяток, чтобы они не влезли в кошелек!
- Распишитесь.
Из окошечка выскользнула ведомость с несколькими сегодняшними призерами конкурса. Он не глядя, расписался, погруженный в мысли о своем богатстве. Вряд ли кассирша его обманет.
- Так, - начальственно сказала кассир и принялась выдавать деньги.
Кошелек задрожал в онемевших руках Володи, а потом вывалился из рук на пол, когда сквозь узкое отверстие окошка кассир деловито высунула на фанерное основание пачку десяток. Целая пачка, обертка даже не распечатана. Значит, сто штук - десять тысяч рублей. Сегодня они могут поесть колбасы, сыра, попить сок, молока!
Он попытался засунуть пачку в кошелек, конечно же, не сумел. Запоздало поблагодарил, наклонившись:
- Спасибо.
Кассир, провозившаяся с порванной оберткой, наконец, положив пачку перед Володей, что-то удивленно пробормотала.
Затем положила вторую, третью, четвертую...
Он стоял и окаменевшим взглядом смотрел, как перед ним ложатся ЕГО ДЕНЬГИ.
На восьмой пачке кассир остановилась - места в окошке было слишком мало.
- Парень, - вернул Володю в себя ее голос, - ты не мог бы перекладывать себе пачки, а то мне уже складывать некуда.
- А мне тоже, - робко признался Володя, - у меня только кошелек, - он продемонстрировал ей бумажник.
Кассир высунулась одним глазом, взглянула на мальчишку. Хотела наорать на него, мол нечего ходить так за деньгами. Потом вспомнила, что он вроде бы ей уступил. Правильно, парень пришел получить тысячные, а то и пятитысячные купюры, а она ему сотни сует. Ее бы рублевыми монетами давала.