Настя сказала, что купила все необходимое и ждет с ужином. Но Катя все же взяла коробку шоколадных конфет. Шоколада никогда не бывает много.
Господи, как же стало вдруг хорошо жить. Диму взяли лечить и, похоже, вылечили. А то ведь умирал вживую человек и никому до него не было дела. А она - разве это жизнь - на грошовую зарплату, вспомоществование от государства, ни самой прокормиться, ни детей вырастить.
Теперь все по-другому. Узнать бы, с чьей помощью так переменилась. Встала бы на колени при всех.
Она пришла домой задумчивая, философски настроенная. А дома ждали веселые дети. С недавних пор они ужинали вместе. Конечно, дети перекусили в ожидании, но ужинать будут только сейчас.
Утром она отдала Насте пять тысяч рублей с просьбой приготовить чего-нибудь такое. Праздник какой? Конечно! Среда на дворе, разве не повод, чтобы не наесться до отвала.
Настенька не подвела. Их ждала утка по-пекински, два салата, купленные в гастрономе, фрукты и белковый торт. Скромно и со вкусом.
Она добавила веселье, сказав, что скоро им придется отсюда выметаться. И на удивленные взгляды детей пояснила, что до конца недели ей придет из Москвы жилищный кредит, на который она купит четырехкомнатную квартиру. У каждого будет отдельная комната! И настоящая ванна! И еще много чего. А это квартиру они забудут навсегда.
Дети повисли на ее плечах, едва не опрокинув. Еще бы, каждый из них выше ее, особенно Володя, пошли статью в Диму. Она едва их утихомирила и они приступили к ужин, чинно, но весело, как и полагается счастливой семье.
На утро она опять погрузилась в бумаги. Бухгалтерия составляла финансовое обоснование расширение их бизнеса. Шесть леспромхозов за полтора месяца дали солидную прибыль, которая покрыла значительную часть первоначальных капиталовложений. Так получается, что они покроют все расходы уже за первый год, а потом пойдет чистая прибыль. В ближайшие годы, когда поступит технология производства биотоплива, и к осени будущего года построят завод по его производству, прибыль еще более вырастет. Прямо-таки золотой прииск, а не лесоповал.
Девятых, зарывшись в бумаги в буквальном смысле слова - на ее столе они стояли штабелями, еле-еле оставив место для ноутбука, на эту сентенцию меланхолично сказала, что это нормально.
- У Завалина есть чудесное свойство превращать все, даже дерьмо, в золото. Поэтому он и стал миллиардером. Ну и нам, грешным, на хлебушек достается.
Девятых стоило верить. Она работала под его крылом уже несколько лет.
Катя взяла нужную справку и отправилась в свой кабинет. Пока она шла по коридору, подумала, а что, если бы вышла тогда за него замуж, сейчас была бы миллиардершей? Подумала без сожаления, даже с определенной язвинкой. Она была счастлива с Димой. Лишь бы он выздоровел, и ничего ей не надо. И никого!
Обоснование получалось солидное. Катя накопала кучу льгот под расширение производство. Государство в последние годы обращало на это большое внимание. Одних только налоговых льгот оказался воз и маленькая тележка. Девятых, увидев ее работу, даже зажмурилась от удовольствия.
- Сергей Александрович, увидев нашу докладную, будет доволен.
Катя мысленно пожала плечами и отправилась доделывать. Ей, с выпоты своего шестка, казалось нормальным, что работа будет сделана хорошо.
Полностью финансовое обоснование нового проекта было готово через несколько дней. Солидная получилась кипа бумаг - несколько папок-томов. Девятых собиралась отправить их со специальным курьером - доверять электронной почте эти не то, чтобы секретные, но все-таки важные бумаги не стоило. Но из Москвы сообщили, что Завалин, скорее всего, совершит вояж на Уренгой, на дочернюю фирму, и на обратном пути залетит к ним.
Прохоров, почесав щеку, развалившись в кресле и глубокомысленно посмотрев в потолок, сказал на это:
- Если к нам идет Магомет, то к чему горе шевелиться?
Девятых согласно кивнула и бумаги спрятали в сейф - подальше от любопытных глаз.
Пока они работали с обоснованием, накопилась куча текущих дел. Чтобы их разгрести, Кате пришлось остаться на несколько вечеров подольше. Но и этого было мало. Однажды, примерно за три дня до приезда Завалина, Сережи, как упрямо она его называла про себя, ей пришлось прийти к шести утра. Словно она была разжалована в уборщицы. Хотя, вряд ли какую уборщицу с шиком довезли бы до работы на «Волге». Хм. И ее не довезли. «Волга», поддерживая имидж отечественного автопрома, сломалась. Пришлось идти пешком по холодку, на сыром жгучем декабрьском ветру.