Анна заняла у него немного времени. так немного, что ему понравилась. А вот известием своим не очень. Не зря Чингисхан ломал позвоночники гонцам с дурной вестью.
- Почему вы пошли сразу ко мне? - спросил Завалин.
- Происшествие весьма пикантное, мне бы не хотелось, чтобы известие пошло по кампании, а затем и по другим. Вам решать.
Она кивнула и, видя, что он ее не задерживает, неспешно пошла своей дорогой.
В офис Завалин пришел с дурным настроением, хотя и старательно скрывал это.
- Я обязательно посмотрю ваше финансовое обоснование, - сказал он Девятых, вышедшей на первый план, - но пока мне нужен компьютер и минут пятнадцать одиночества.
Елена Александровна замерла в замешательстве, Прохоров нервно сжал за спиной руки. Шеф чем-то недоволен. Очень и очень. Что случилось? Обычно несварение не являлось причиной дурного настроения, которое он вымещал на подчиненных.
И только Катя оставалась спокойной, хотя и у нее внутри, где-то в желудке, прошел холодок. Вот она, бомбочка Анечки. Сказать все-таки Девятых? А зачем? Дрожать на пару от испуга, что Завалин поверит?
Шефу подали ноутбук и оставили вместе с Сашей в комнате отдыха. Они были там недолго - минут десять, и вышли не менее озабоченные, уже не скрывая своего настроения.
Эти десять минут для руководящего менеджмента филиала стоили, наверняка, немало седых волос. Но и появление шефа и его секретаря ничего светлого не принесло. Что же такое случилось?
Михаил Прохоров, как директор, и человек, за все отвечающий, принял удар на себя, осторожно поинтересовавшись:
- Какие-то затруднения, Сергей Александрович?
Именно в этот момент Катя понял, что означает неоднократно слыханное и читанное выражение «он напустил на свое лицо выражение игрока в покер». Лицо Завалина уже абсолютно ничего не выражало. Как и его слова:
- Все хорошо, ничего страшного.
Прохоров тревожно посмотрел на Девятых, но та только изогнула губы. В финансовом обосновании проекта она была уверена «на все двести».
Семенов объявил волю своего начальника:
- Директора, главного бухгалтера и е зама прошу пройти... куда нам пройти, Елена Александровна?
- В кабинет моего заместителя.
- В кабинет Дементьевой, - блеснул знанием фамилий местного менеджмента Саша. - Все остальные по своим рабочим местам, не обращайте на нас внимания.
Хорошо сказал - «не обращайте на нас внимания»! Попробуй тут не обратить внимания, если совершенно очевидно - надвигается гроза. И очень не очевидно, ударит она по тебе или нет. Но как возразишь самому секретарю САМОГО?
Катя вытащила из сейфа три пресловутые пачки до сих пор не сброшюрированные и даже не прошитые для удобства ознакомления шефа.
- Я вначале ознакомлюсь в целом и с итоговыми цифрами, - предупредил Завалин, - а потом мы с вами проработаем мелочи и вы ответите ... - он сделал паузу, от которой у всех, в том числе и у Кати, нервно затрепетали сердца, - на некоторые вопросы.
Он принялся при помощи своего секретаря листать содержимое папок. Катя знала, что итоговые цифры и у них и у Анечки были в общем-то одинаковые. Другое дело, как они были достигнуты. Это и были пресловутые мелочи.
Нервы у менеджмента фирмы были так напряжены, что они все вздрогнули от шума открывающейся двери. Но это была только Анечка с финансовым справочником. Она вообще-то была здесь личной, но, поскольку президент скользнул по ней взглядом и ничего не сказал, помолчали и все остальные.
«Стервятник, - отметила Катя, - прибежала, думает, будет падаль. Ну она получит сегодня свою долю! Но как же она обратит его внимание на провалы в проекте. Сама полезет? Маловероятно».
Катя еще не знала о встрече Анечки с Завалиным у гостиницы.
- Мгм, - одобрил прибыли кампании Ита-лес к концу разработки проекта Завалин, - достаточно занимательные цифры.
Это одобрение он выразил, однако, таким тоном, что в пору было стреляться. Или вешаться.
- Теперь займемся деталями.
Он вернулся к первой папке, а Саша в это время открыл папку, которую он все держал в руках.
- Наверняка Анечка всучила, - осенило Катю, - вот как она навела Завалина на след!
Не так уж она была неправа - это была распечатка файлов, переданных Вологдиной.