Он посмотрел на последние анализы крови и мочи. Затем на результаты УЗИ. Все результаты показывали ухудшение. Почки не справлялись со своими функциями, организм отравлялся и потихоньку погибал. Следовало еще снять кардиограмму, отправить на первый этаж, где находился аппарат. Или не стоит? Он представлял, какова она будет. Сердце захлебывается от токсинов. Помочь ему можно, дав стимуляторы, но это дополнительная нагрузка на те же почки. Еще произойдет острая почечная недостаточность. Это быстрая, но мучительная смерть.
Пусть лучше мучается понемногу.
Придя к решению, врач отпустил больного одеваться и сел писать бумаги.
Дмитрий терпел прощупывания доктора, хотя иной раз от сильных тычков почки болели нестерпимо. Они и так ныли почти непрерывно, а когда доктор давил на них, перед глазами вновь вставали красные круги.
Затем оделся и сидел в ожидании приговора. Он уже знал, что приговор будет расстрельным. Без патронов, но наповал. Почки почти совсем не работали и даже помощь аппарата искусственная почка, куда он бродил через день, уже не помогала. Сам он, конечно, в результатах анализов понимал мало, но медсестра - двоюродная сестра, помогавшая время от времени, увидев анализы, сделанные в прошлом месяце, помрачнела, но честно сказала, что его ожидает.
Требовалась срочная операция, стоящая более миллиона. Откуда у него такие деньги?
Или замена почек. Это стоило уже несколько десятков миллионов. И не рублей, а долларов. И то надо стоять и ждать очереди, когда почки появятся. С нынешней кампанией разгона трансплантационных структур жди - не дождешься.
Тайком от него Катя попыталась взять ссуду на операцию. Отказали. На ее зарплату оказывается можно взять тысяч сто, не больше. Чем больше зарплата, тем больше кредит. Вот олигарху-то радость.
А закладывать им нечего. Одна однокомнатная квартира в гнилом двухэтажном многоквартирном доме, предназначенном на снос и потому ее даже продать невозможно.
Что ж такая, значит, судьба. Ходи кое-как и жди смерти. Грешным делом, он жутко начал завидовать сердечникам и инсультникам. Те легко умирали. Сосед из дома напротив третий инфаркт получил на улице. Охнул, руку к сердцу прижал и все. А он пока почки не выпустит через мочевой пузырь, а потом не отравится мочевиной, не умрет. С его болезнью смерть трудная. Хотя, говорят, еще хуже при раке.
Жалко только Катю и детей. Они-то с чего виноваты. И так с ним мучались сколько, а теперь и без него настрадаются. Кате нынче тридцать семь. Замуж ей в таком возрасте, да еще с двумя детьми никак не выйти. Остается одна надежда - дети подрастут, переженятся и тогда останется нянчиться с внуками. Для этого ли жили?
Из тяжелого раздумья его вывел голос врача.
- Что ж, положение не столь трудное, хотя и похуже, чем в последний раз, - тоном записного оптимиста заговорил доктор, - по крайней мере, я не вижу условий для радикального ухудшения.
Дмитрий грустно посмотрел на врача, покачал головой.
Врач прервался на полуслове, помолчал, застеснявшись. Больной явно понимал действительное положение вещей.
- Полгода вы еще должны прожить, - тихо сказал он. - Это я вам гарантирую, если, конечно, под машину не залезете на дороге. Выпишу таблетки, в прошлый раз они помогли. И стоят не дорого. Большее не в моих силах. А в декабре мы вас положим в больницу. Почистим организм, заменим кровь, глядишь полегчает.
Врач снова застрочил что-то в истории болезни. Писал быстро, но долго.
- Как будто завершает медкарту, - подумалось невольно, - а и то. Полгода срок небольшой. Новый год он еще встретит, а вот восьмое марта вряд ли. Надо Настеньке и Кате наперед подарки сделать. Кто им после его смерти будет дарить. У Володи еще денег нет. Хотя нет, лучше Володе передать, пусть тот вручит.
Зазвонил телефон. Медсестра взяла трубку, выслушала, молча передала трубку врачу.
- Да-да, - закивал тот, - сейчас буду. Завершу осмотр больного и появлюсь. Без меня не начинайте.
Он посмотрел на больного и закруглился:
- Вот вам рецепт, а я побегу. Лена, скажешь в очереди, буду через пять минут, ушел на консилиум.
Махнув на прощанье расстегнутым халатом, доктор стремительно вышел из кабинета. Странно, врачи почему-то все ходят стремительно. Боятся, что в коридоре больные приставать будут?
Дмитрий решил схитрить в попытке узнать написанное врачом в медкарте. Не то, чтобы он надеялся на лучшее... Но надо официально убедиться. Он умильно улыбнулся медсестре:
- Вы мне карточку не дадите, мне бы еще к кардиологу зайти, сердце проверить.
Медсестра заколебалась. С одной стороны, карточки на руки не дают. С другой стороны, не побежит же она сама. У нее обязанности другие. А больной тяжелый, ему действительно надо снова анализы сдать, пройти кардиограмму, эхограмму, потом к специалистам заглянуть.