- Уехали, - разочаровал его Володя. - Я только издали появился, не смог ни разглядеть, ни крикнуть им.
- Надо спросить в диспетчерской, - посоветовал молчавший до этого Виктор. - Пункт скорой помощи у нас один. Откуда они еще возьмутся? Не из области же приехали.
Он обвел взглядом квартиру, как это делал недавно Макаров. Из области в их город, расположенный в двухстах километрах от областного центра, скорые изредка приезжали. Но только не для простых работяг, страдающих обычной болезнью. Тогда откуда?
Действительно чертовщина.
Виктор поднялся и вышел позвонить из скорой в больницу.
Черноволосый вдруг приметил валявшуюся под столом ампулу. Он вытащил ее, прочитал название лекарства и удивился. Он такого не знал. Хотя фельдшер все не знает, особенно по узким болезням. Но все-таки.
Спрошу в больнице, - решил он.
Виктор вернулся. Диспетчерская велела забирать. Осталось пожать плечами. Он и сам понимал - больной в тяжелом состоянии. Но что сделает больница, в которой к тому же, как обычно, не хватало мест. А умирать где какая разница? Не дергали бы мужика, все равно не вылечат, растрясут только напоследок.
Фельдшеры переглянулись, взялись за больного. Им пришло в голову одинаковое предположение, что везти в больницу им пришла команда не для лечения, а из любопытства врачей. Кто же это такой бойкий - без рецепта, без согласования с больницей провел комплексное лечение?
Глава 4
Отец тяжело застонал, когда его перетащили на носилки, но в себя не пришел.
Володя вышел вслед за медиками на улицу, помог спустить носилки по крутой лестнице. «Скорую помощь» он проводил с тяжелым сердцем. Отец выглядел слишком уж безжизненно.
Черноволосый фельдшер на прощание повторил, что, скорее всего, у него не обморок, а крепкий сон под воздействием сильного снотворного. И что через час-другой он придет в себя. С тем и уехали.
Ему бы такую уверенность. Он вздохнул и отправился домой - топить печь и готовить ужин. Есть все равно хочется. И не ему одному.
Весь рабочий день Катя провела как на иголках. Что-то мучило. В конце концов, она не выдержала и отпросилась у главного бухгалтера. Слава Богу, она была у начальницы на хорошем счету - не пила, аккуратная, бумаги всегда в порядке, работала сверхурочно, когда надо было сделать срочные накладные или отчет. И потому Глафира Леонидовна легко отпустила ее к больному мужу.
Она стремительно прошла привычный маршрут от работы до дома, в одном только месте отклонившись, чтобы зайти в магазин. Благодаря новому кормильцу - Володе, деньги у них пока были и она купила творога и соленой селедки, решив вечером сделать селедку под шубой. И мужу дать самую малость. Совсем чуть-чуть, лишь бы вкус почувствовал. Из-за почек он который год сидел на бессолевой диете. Ну и они за одним с ним.
Сумка выскользнула у ней из рук, когда Володя сказал, что «Скорая помощь» днем увезла Дмитрия в больницу. Володя сам вызвал ее, когда увидел, что отец лежит без движения.
Неужели это все?
Двоюродная сестра Димы Марина тайком ей рассказала, что вот-вот начнется ухудшение. Но так быстро...
Она засобиралась в больницу. Взяла чистую пару белья, майку, теплые носки, связанные из ваты, - у Димы мерзли ноги, как объяснил врач, кровь плохо доходила до конечностей. Подумала и положила немного творога. Если что, купят еще что-нибудь. Лишь бы все хорошо было. Лишь бы хорошо.
Катя шла быстро, подгоняемая дурными мыслями. Даже Володя, увязавшийся с ней, иногда переходил на легкий бег. Проглатывая окончания, он пересказал визит скорой. От невнятных вопросов фельдшера она отмахнулась. Кто еще будет ставить уколы Диме? Напутал, наверное.
В больнице в палату пустили только Катю. Приемные часы были позже, а сейчас наступил ужин. Но поскольку Дима был не ходячий, а персоналу и так некогда, чтобы кормить его с рук, то ее пропустили с условием, что накормит больного.
От сердца слегка отлегло. Если бы умирал, о еде бы не говорили. Хотя с другой стороны, не ходячий...
Вопреки ожиданию, Дима лежал умиротворенный и даже как бы казался более здоровым. Успокоившись, Катя принялась его выспрашивать.
События дня слились у него в общую картину. И когда Катя рассказала, что у них была «Скорая помощь» из горбольницы, то он ее принял, перепутав с таинственной первой. Катя укрепила его в мыслях, рассказав услышанное от Володи. Вдвоем они восстановили события дня, логичные, но совершенное неправильные.
По мысли Дмитрия, именно «Скорая помощь», вызванная Володей, наставила ему уколов, капельницу, вытянув кровать посредине комнаты.
На недоуменное восклицание Кати об исколотых руках, он покосился на свои руки и согласился - да исколотые. Так врачи и ставили. Они и представились - из горбольницы.