Что-то я такое читала, в книге о старинных родовых проклятьях, что-то о черном высохшем трупе, оставшемся от грабителя... Тьма египетская! Ну да! Им еще фараонские гробницы защищали! Гораздо позже, веке эдак в восемнадцатом, придумали заклятье, позволяющее снять проклятие, и тогда-то фараонские гробницы сильно пострадали от нашествий грабителей, археологов и просто любопытных. Как же там...
Усилием воли вызвав в памяти нужную страницу, я забормотала:
-- Ab nigra ad alba, ab principium ad finem. Hominem abyssum invocat: aqua currit et debere currere ut currere solebat. Jus primatum: suum cuique tribuere. Esse innoxis miseram hominem, hoc loco do vitae. Sic volo, sic jubeo, sit pro ratione voluntas!*
Ничего. А, там еще было движение палочкой, как же... Вот, зигзаг, петля и "Уруз".
Вырисовывая в воздухе знаки, снова зашептала:
-- Ab nigra ad alba, ab principium ad finem. Hominem abyssum invocat: aqua currit et debere currere ut currere solebat. Jus primatum: suum cuique tribuere. Esse innoxis miseram hominem, hoc loco do vitae. Sic volo, sic jubeo, sit pro ratione voluntas!
Чернота остановилась. Но полностью не убралась. Что-то такое было в примечании, что-то о половой принадлежности снимающего и накладывающего чары. Кажется, они должны быть одного пола, в противном случае проклятье только останавливается, но со временем снова расползается по всему телу.
Скорее, скорее к папе! Но прежде...
-- Вингардиум Левиоса!
Перстень задергался, слетел с черного пальца и, описав дугу, шлепнулся на пол.
-- Адеско файр!
Вспышка, вой -- и нет крестража. Оправа распалась надвое, Воскрешающий камень лежит невредим. Полагаю, именно оправа и была крестражем, на ней же лежало проклятье тьмы египетской -- сам камень несет в себе слишком сложную магию, чтобы к ней могло быть добавлено еще что-то. Подняв щербатый кусок черного минерала, я задумчиво глянула на рисунок, вырезанный на нем: треугольник и вписанный в него круг, разделенный пополам вертикальной чертой. Символ трех даров.
Пора возвращаться, нужно отвести Дамблдора к папе, чтобы тот снял проклятье. Старик нам еще нужен, хотя бы для того, чтобы держалась школьная защита.
-- Фините Инкантатем! -- он застонал и заворочался, пытаясь подняться. Голубые глаза смотрели невидяще, руки искали опору. Как мне ни было противно, но пришлось позволить ему опереться на меня -- иначе Дамблдор попросту упал бы.
-- Гар-ри... Я... Ап-парируй к школе... -- прохрипел он.
-- Ну уж нет, -- заявила я и стала припоминать правила аппарирования тяжело больных. Вывела старика на улицу, приобняла поперек талии:
-- Шагаем, и-раз, и-два, и-три... Аппарейт!
Мы даже не расщепились. Как удачно! Я аппарировала нас на кромку леса, у самого начала антиаппарационного купола. Еще фут -- и нас можно было бы соскребать в спичечный коробок, но нам повезло. Чертова удача! Почему это не работает по желанию? Я бы пожелала, чтобы Дамблдор не надевал кольца, или чтобы неизвестная мне его мать не роняла сына головкой о пол... Поскольку только умом скорбный мог так тупо попасться в ловушку.
Или пожелала бы, чтобы вот прям сейчас Риддлу на голову упал кусок потолка в доме Паркинсонов, избавив нас тем самым от множества проблем. Или... а, что загадывать.
* От черного к белому, от начала до конца. Человек взывает к бездне: нельзя изменить природный ход вещей, каждый должен получать свое. Вот обиженный невинно человек: возвращаю ему жизнь. Мое слово, мое право, мой приказ!
Глава 15
Кляня свою удачу на чем свет стоит, я довела Дамблдора до замка. Хоть бы нам навстречу никто не попался...
Мерлиновы подштанники! Помогая директору спуститься в папину лабораторию -- это было куда как проще, нежели подниматься в директорский кабинет, я уловила краем глаза мелькнувшую в коридоре тень. Опять кто-то бродит после отбоя...
-- Северус! -- гаркнула я, стукнув ногой по двери, и папа немедленно выскочил посмотреть, кто это такой наглый мешает ему работать.
-- Гарри? Альбус? -- он в два счета переместил Дамблдора в кресло и отрывисто спросил:
-- Что это?
-- Он надел на палец кольцо Гонтов. Мне удалось стянуть его, не прикасаясь, но рука, как видишь... Это не яд, а проклятье, и я не могу снять его -- нужен маг одного пола с оставившим проклятье. Я смогла только остановить его, но через час-полтора процесс возобновится. Сейчас нужно накачать его укрепляющими, чтобы из ушей полилось, а то еще окочурится в процессе.
Директор находился в полубредовом состоянии, ему становилось все хуже и хуже прямо на глазах -- губы обметало белым, глаза норовили закатиться под лоб, из горла вырывались неясные хрипы.