Я отправилась за объяснениями. Хагрид грел яйцо в камине, поминутно переворачивая его большими щипцами.
-- А, Гарри! Хорошо, что ты зашла. Скоро вылупится, представляешь?
Не хотелось разочаровывать лесника, но...
-- А ты знаешь, что не сможешь оставить дракона себе? Придется переправить его в питомник -- иначе рано или поздно кто-то донесет и министерские отправят тебя в Азкабан.
Лесник погрустнел:
-- Знаю я, знаю. Я уже написал Чарли Уизли, он заберет драконеныша сразу, как тот вылупится.
-- Хагрид... а как выглядел тот человек, что проиграл тебе яйцо?
-- Ну... В капюшоне, в черной мантии... Так хорошо встретить человека, который любит зверушек! Посидели, поговорили... Я ему: "Любую зверушку можно приручить, ежели найти верный подход", а он: "Особенно ежели знаешь, чего она любит". Я ему и сказал, мол, уж на что злой мой Пушок, а поиграй ему на дудочке -- и уснет, что твой ребенок.
Мое сердце пропустило один удар. Я почему-то не сомневалась, что тем незнакомцем был Квиррел, и теперь ему известно, как пройти мимо цербера. Следя за преподавателем ЗОТИ, мы выяснили, что он все время терся рядом то с одним, то с другим профессором, а потом вдруг резко переставал -- несомненно, выяснив, как обойти его ловушку. Оставалось только найти способ миновать папину и хагридову -- и взять камень.
Ужаснувшись своей догадке, я молнией полетела к папе. Значит, остается только его препятствие -- и один шаг до камня!
Папы в кабинете не оказалось. Равно как и в лаборатории, в Большом зале и слизеринской гостиной. Зато я нашла Драко, сообщившего, что видел, как профессор Снейп направлялся к границе антиаппарационной зоны...
Рассказав о своей догадке друзьям, я попросила совета: мне не хотелось идти к кому-нибудь из преподавателей или директору, ведь никаких доказательств мы не имели, а кто поверит на слово ребенку?
-- М-можно сидеть под мантией у комнаты с Пушком и следить, -- предложил, волнуясь, Невилл. -- А когда о-он придет, шарахнуть его чем-то по башке.
-- Лонгботом, ты, никак, с Крэббом и Гойлом переобщался, -- хихикнул Драко. Невилл покраснел:
-- Что, есть идеи получше?
Идей получше ни у кого не оказалось. Взяв мантию, мы направились к церберу, намереваясь проверить, все ли в порядке.
-- ...куда вы так торопитесь, мисс Брокльхерст? -- и как у нее так выходит? Макгоннагал никогда не орет, но слышно ее в соседнем коридоре. Магия, не иначе.
-- К директору, профессор. Мне нужно согласовать...
-- Согласуете завтра. Директора нет.
Я повернулась к друзьям:
-- Дамблдора нет! Вы понимаете, что это означает?
-- Что сейчас идеальный момент для кражи камня!
Мы сорвались с места и побежали, не скрываясь, затормозив только у лестницы на третий этаж. Проследив, чтобы нас никто не увидел, накинули мантию и свернули в запретный коридор.
-- Слышите музыку? -- Драко навострил уши. -- Арфа.
-- Пушка усыпляет музыка, -- я похолодела. -- Быстро!
Пес действительно спал, положив среднюю голову на вытянутые лапы. Крайним головам достался каменный пол, и спали они не так глубоко: левая открыла один глаз, увидела снявшего мантию Невилла и заснула опять, узнав мальчика. Я свернула мантию и сунула за пазуху:
-- Люк открыт!
Действительно, люк, охраняемый цербером, был открыт, а рядом с ним стояла зачарованная арфа, исполняющая нечто на редкость заунывное.
-- "Элегия" Рахманинова, -- узнал Драко. -- Интересно, вообще-то это для фортепиано, но...
-- Потом, -- перебила его Гермиона. -- Прыгайте!
Мы друг за дружкой попрыгали в открытый люк и угодили прямо в объятия Дьявольских силков -- как любезно сообщил нам Невилл, с восторгом рассматривая сей дивный образчик флоры. Флора пыталась обнять нас покрепче, как давно не виденных родственников, и я спросила как можно спокойнее:
-- Невилл, дружище, что нам делать с этим растеньицем?
-- А, да все просто... -- к моему ужасу, лианы-щупальца утянули Невилла куда-то вглубь, и его голос донесся уже снизу:
-- Расслабьтесь, и они вас не тронут.
Бледный до зелени Драко потерял сознание и был немедленно утянут вслед за Лонгботтомом, третьей нырнула Гермиона, бормоча что-то про третий закон Ньютона, и я услышала ее радостный возглас:
-- Гарри, это не страшно!
Зачем-то глубоко вдохнув, я постаралась не двигаться, и в следующую секунду стояла рядом с друзьями. Герми приводила в чувство Драко, Невилл с любовью рассматривал растение, шепча: "... семейство крестоцветных... ". Дурдом на выезде. И ведь никому не сказали, где мы, и папе записку не оставили... Голову мне оторвать мало за такое -- и оторвут ведь, как пить дать оторвут. Вот вернется папа -- и оторвет, а если не оторвет, то Люциус постарается, за то, что подвергла опасности его единственного наследника.