Стоит ли говорить, что я немедленно надела мантию-невидимку и вместе с Невиллом пробралась в лабораторию, где Драко и Гермиона по очереди следили за приготовлением зелья? Вызванный из кухни домовик притащил нам полный поднос всяких вкусностей и кувшин апельсинового сока, который здорово помог нам скоротать время до утра. Если аврорам мы наплели с три короба, так и не указав ни месторасположение Тайной комнаты, ни способ, которым мы одолели Риддла и василиска, то Гермионе и Драко достался подробный и полный рассказ. Драко настоял, чтобы мы извлекли и поместили свои воспоминания во флаконы - иначе назавтра, когда все придут в себя и захотят расспросить нас с пристрастием, мы можем не совладать с опытными легилиментами. В его словах был резон: воспоминание о воспоминании спрятать несложно, несложно и подделать - даже начинающим окклюментам, как мы с Невиллом. Мои воспоминания поместили в трансфигурированный из пробирки непрозрачный фиолетовый флакон, Невиллу достался такой же, но ярко-синий.
Утром мы торжественно потащили готовое зелье мадам Помфри.
- Вы? Его готовили вы? - поразилась она.
- Нет, профессор Снейп, мы только следили за ним последние несколько часов, - призналась Гермиона. Медиведьма дотошно проверила густоту, прозрачность, цвет и запах, и решила:
- Ядовитым оно оказаться не может. В худшем случае просто не подействует.
Зельем полагалось орошать кожные покровы, и мадам Помфри немедленно испробовала его на папе, попросту обрызгав его из бутылочки.
- Действует, - довольно-удивленно констатировала она, заметив движение грудной клетки. Мы остались сидеть у Северусовой койки, а мадам Помфри поспешила к остальным пациентам.
- Гарри? Кхе-кхе, - папа резко сел и вытер рукавом зелье с лица. Принюхался и удивился:
- Это же мое зелье! Какого пикси?
- Тебя немножечко окаменили, но ты не переживай, все хорошо. Мы с Невиллом убили василиска, а Драко и Гермиона доварили зелье, так что все в порядке, - невинно потупила я глаза.
Папа опустился обратно на кровать:
- Ты ведь шутишь, да?
Я порылась в карманах и достала уменьшенную консервированную голову василиска:
- Вот, можешь повесить в кабинете над камином, только расколдуй.
Двумя пальцами взяв предложенное, папа попросил:
- Просто помолчи, хорошо? Я немножко приду в себя, и тогда ты мне все-все расскажешь.
Друзья, понукаемые Невиллом, незаметно удалились, оставив меня наедине с отцом. Ширма, которой была огорожена кровать, обеспечивала видимость уединения, и я с облегчением прижалась лбом к папиной руке.
- Ну что ты? Ведь все уже закончилось, и я жива, и Джинни мы спасли...
- Какую Джинни? - его голос был непривычно хриплым.
- Джинни Уизли. Она, оказывается, нашла где-то дневник Тома Риддла, впоследствии известного как Темный Лорд, и попала под его влияние. Это она писала на стенах, она выпускала василиска... Риддл пил ее жизненную силу и почти воплотился, если бы мы не успели вовремя, то молодой Волдеморт уже был бы далеко...
Северус погладил меня по лохматой после бессонной ночи голове и пораженно шепнул:
- У тебя седые волосы.
Я ничуть не удивилась:
- Сперва я увидела, как МакГоннагал левитирует тебя в Больничное крыло. А потом Невилл едва не погиб, если бы не феникс - вполне вероятно, что помощь не успела бы вовремя. Я страшно перепугалась за вас вчера.
- Пообещай, что не станешь больше так собой рисковать. Что станет со мной, если ты покалечишься или погибнешь?
Как бы мне хотелось пообещать, но я не могла врать папе. Только не ему.
Покачав головой, я серьезно посмотрела в его полные боли глаза:
- Я могу пообещать быть осторожной, но не могу поклясться, что в следующий раз поставлю жизнь близких мне людей ниже своей собственной.
- Гарри, мне наплевать на остальных, я не хочу, чтобы пострадала ты!
- Тогда поклянись, что сам не станешь рисковать жизнью ради меня! Ну! Клянись, что станешь спасаться сам, если в беду попадет Драко!
Он сразу как-то сник и съежился:
- Не могу, ты же знаешь.
- Вот и я не могу.
Мадам Помфри заглянула было за ширму, но махнула рукой и оставила нас в покое. Я немедленно воспользовалась случаем и устроилась на краешке папиной кровати, радуясь, что перед визитом в Больничное крыло успела не только выплакаться на плече у Невилла, но и принять слоновью дозу успокоительного. Смотреть на Северуса без слез было просто невозможно: сейчас он, похоже, представлял себе всякие ужасы, которые могли случиться, но не случились, и казнил себя за то, что мне пришлось спускаться в Тайную комнату. Поэтому я просто молчала и обнимала его, ожидая, пока папа успокоится, а затем тихонько пересказала всю историю. В конце-концов Северус оттаял и даже позволил себе пару ехидных замечаний в адрес Локхарта: