– Это ничто по сравнению с тем, что будет через пару минут. Сейчас к нам присоединится Маркус, и тогда начнется настоящее шоу, – предупредил Адлер, внезапно развеселившись.
Тина почувствовала себя затравленной лисой, мечущейся в надежде спастись от разъяренных псов, тщетно пытаясь обнаружить какие-нибудь пути для отхода. Увидев выскочившего на улицу Маркуса со взглядом безумного ревнивца, Тина всерьез испугалась надвигающегося скандала и его последствий. Она быстро запрыгнула в автомобиль, наблюдая, как Маркус бегом устремился им вслед.
Глава 47
– Отпусти меня! – кричала Тина, пытаясь вырваться из рук Адлера.
Яростное сопротивление не помешало ему занести девушку в самолет.
Как только Эрик дал ей возможность встать на ноги, она тут же набросилась на него с кулаками. Он не успел увернуться, и ее левый кулак с такой силой поразил его челюсть, что невозможно было поверить, что этот удар нанесла хрупкая девушка. Его голова откинулась назад, а в глазах засверкали звезды.
– Я убью тебя! – злобно заверещала Тина. – Не приближайся ко мне, не смей хватать меня!
Эрик дослушал звон в собственных ушах и воспринял ее предупреждение всерьез. Он восхитился ее умением постоять за себя, силой и ловкостью, но все же разозлился из-за этой выходки еще больше.
Тина с вызовом вскинула голову, готовая драться и царапаться, если потребуется.
– Не смей… – голос ее дрожал, а в глазах вместо ярости он увидел слезы и панику.
Вид испуганной Тины немного охладил его гнев. Он сделал шаг назад. Тут в самолете ей от него деться некуда. Адлер выпрямился и постарался успокоиться.
– Самолет скоро взлетит. Советую сесть в кресло и пристегнуть ремень безопасности, – хладнокровно предупредил Эрик.
– Нет! Я никуда с тобой не полечу! – яростно замотала головой Тина.
Ее красивая прическа окончательно растрепалась, а заколка уныло повисла на волосах. Макияж испортился, яркая помада размазалась по лицу. Эрик опустил взгляд на свою белоснежную рубашку, измазанную помадой, заметил, что пуговицы на пиджаке оторваны. Тина сопротивлялась, словно чувствуя, что если сдастся ему, то это будет равносильно самоубийству.
– Тогда тебя посадят силой. Будь послушной девочкой и не провоцируй моих людей на грубость.
Он кивнул в сторону двух телохранителей, стоящих позади него.
Оскорбленная и разгневанная, она смотрела на Адлера сверкающими яростью глазами. Пантера, загнанная охотником в угол. Однако такой она нравилась Эрику еще больше. В этот момент Адлер отчетливо осознал: что бы ни случилось и что бы ни произошло, он никому ее не отдаст и никуда не отпустит.
Он чувствовал свое превосходство. В нем горело желание укротить ее, подчинить себе. При этом он пообещал себе, что и пальцем к ней не притронется. Слишком сильно его задело ее предательство.
Она бросила на него взгляд, полный отвращения, и процедила сквозь зубы:
– Давай выясним всё здесь, сейчас и разойдемся. Я больше не хочу тебя видеть!
Эрик посмеялся бы, но в нем бурлил такой адреналин, что было не до смеха.
– Вот как? – снова распалился Эрик.
Он воспринял ее слова как желание вернуться к Маркусу.
– А как насчет тебя, Адлер? Неужели ты безгрешен? Или соврешь, что был мне верен?
– Я не безгрешен, но ты не можешь обвинить меня в том, в чем виновата сама!
Тина застыла, глядя в глаза человека, которого все еще любила.
«Он не врет мне. Он не изменял мне!» – потерянно подумала Тина.
– Во всем, что с тобой сейчас происходит, виновата только ты.
«Эрик хочет наказать меня, его гнев не иссякнет», – она обмякла под его холодным взглядом, задрожала нервной дрожью.
– Я знаю, мне нет оправдания. Ты вправе злиться, но прошу – остановись.
– Ты спала с Маркусом? – спросил Эрик.
Тина затаила дыхание. Как объяснить Адлеру, что она и сама не знала ответа на этот вопрос. Если верить словам Маркуса и своим глазам, тогда следовало признать свое предательство. Она ведь проснулась в квартире Маркуса, в его постели, они лежали голые в обнимку.
– Я спрашиваю: ты спала с Маркусом? – прошипел Эрик, задетый ее молчаливым смятением.