Риск в данном случае все равно что игра в русскую рулетку – кто-то обязательно проиграет. Возможно, всё не так сложно, как она себе надумала, и Эрик любит ее, просто пока у него не было возможности признаться ей в своих чувствах. Например, сейчас он смотрел на нее с такой нежностью, как мог смотреть только влюбленный мужчина. Чувство тихой надежды быстро разгорелось в душе, она отважилась задать вопрос, ответ на который мог бы все изменить.
– Тогда и ты рискни, скажи, что любишь меня, – вырвалось у нее помимо воли.
Ей следовало задать вопрос, а не вымаливать для себя его любовь. Хотя уже поздно сожалеть, Тина с замиранием сердца ждала его реакции.
Эрик не ожидал такого поворота беседы и выглядел озадаченным. Он честно задумался над ее требованием и посмотрел так проникновенно, словно эти слова прожигали его насквозь.
– Ты хочешь, чтобы я соврал?
В один миг сердце Тины упало куда-то в пустоту и умерло вместе с надеждой, что еще секунду назад согревала его. Она отвернулась от него со странным порывистым вздохом, забыв, как дышать. Ком в горле мешал говорить. А что тут скажешь, Эрик никогда не обманывал ее и всегда был откровенен с ней, ни разу не покривил душой, даже когда обманул ее, сразу же признался, почему совершил подлость.
«Отлично, вот до чего я докатилась, умоляю его любить себя», – горько подумала она.
– Спасибо, что не врешь той, которая верит всем твоим словам, – улыбнувшись, сказала Тина, залезая под одеяло.
Эрик лег рядом и случайно коснулся ее руки. Тина сделала вид, что ей наплевать, что он лежит рядом и готов стать ей страстным любовником этой ночью, но совершенно безразличен к ней как к жене. Хотелось реветь, как в детстве, жалуясь и причитая, умирая от жалости к себе.
Когда Эрик коснулся кончиками пальцев ее щеки, Тина вздрогнула, сделав слабую попытку отстраниться от него.
– Я не хочу любить, Тина, – неожиданно прошептал он свое признание.
Она повернулась к нему лицом и заметила, как он взволнован.
– Не могу… А любовь ко мне – это источник не радости, а боли, – произнес он с сожалением, и Тина поняла причину его печали.
– А как же Лора? Ты ведь любил ее? – она лихорадочно впилась взглядом в его лицо, с трудом сдерживая предательскую дрожь в руках.
Эрик печально вздохнул.
– Признаться честно, я и сам не знаю. Я довольно сильно увлекся ею, и тому способствовало много разных факторов, а она утверждала, что это и есть любовь. Я принял ее слова за истину и слепо доверился, – усмехнулся Эрик.
– Ты хотел жениться на ней, наверное, все-таки любил?
– Следуя твоей логике, я и тебя люблю, – передразнил он Тину, насмешливо улыбаясь.
Тина фыркнула и отбросила его руку, которую он положил ей на живот.
– Не прикасайся ко мне, – сердито предупредила Тина.
– А я к тебе и не прикасаюсь, – Эрик упрямо вернул свою руку на ее животик. – Меня интересует мой малыш.
Жена напряглась всем телом, не в силах ничего с собой поделать, и опустила глаза, наблюдая за его рукой. Когда он принялся нежно водить пальцами по ее животу, Тина застыла от волнения – это был уникальный, неповторимый и трогательный момент.
Стараясь не расплакаться от счастья и грусти, она закрыла глаза, чтобы не видеть лица Эрика. Она хотела его, однако понимала, что допустить близости между ними больше той, что уже возникла, было никак нельзя, поэтому она тут же отбросила его руку и укрылась одеялом.
– Хватит, я хочу спать.
Эрика это не остановило, и он лег еще ближе, нависая сверху, тихо прошептал:
– Спокойной ночи, – он наклонился и сорвал с ее губ короткий, легкий поцелуй, но этого оказалось достаточно, чтобы в глубине ее существа пробудилось желание.
Она до боли сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, и продолжала смирно лежать, сдерживая порыв обхватить его шею руками, притягивая голову, чтобы поцеловать страстно и жадно.
Эрик отстранился и выключил свет. В комнате стало темно, впрочем, как и в душе самой Тины.
Глава 57
Тина сильно волновалась из-за УЗИ. Сердце у нее забилось сильнее, она приготовилась к холоду геля на животе и внимательно посмотрела на доктора. Он добродушно улыбнулся ей, а она, запаниковав, подумала: не навредила ли ребенку, ведь не знала, что беременна, и пила кофе, вино, много нервничала.