Женщина сделала вид, что ей безразлично происходящее и то, что ее единственный сын души не чает в будущей жене. История повторялась. Ее всю просто трясло от внутреннего протеста, но она молчала, вспоминая те дни, когда Эрик бредил свадьбой с американкой. Теперь у нее был опыт и понимание того, что следует быть мудрее и осмотрительнее, ведь после еще одной смерти любимой женщины Эрику потребуется немало сил, чтобы преодолеть скорбь и отчаяние.
Анжелика решила изменить тактику и в этот раз играла роль матери, которая без ума от перспективы женитьбы сына. В душе же хотелось визжать, орать, крушить все вокруг. Но выбора у нее не было, следовало как можно скорее избавиться от Тины.
Ее раздражало еще одно странное чувство, возникающее каждый раз, когда она наблюдала за влюбленными. Анжелика с беспокойством отмечала, что молодые люди были действительно счастливы вместе. Ей было невыносимо думать о том, что через несколько дней мир счастливого Эрика кардинально изменится.
Щенок первым заметил ее приближение.
– Что это за милейшее создание? – спросила Анжелика у сына, натянув на лицо доброжелательную улыбку.
– Учитывая, что ты никогда не была собачницей, я сочту твой дикий восторг как достоверный, – съязвил Эрик, весело улыбнувшись матери. – Мы сегодня забрали его с улицы.
Анжелика на секунду потеряла дар речи и медленно перевела взгляд на Тину, ведь считала, что наверняка подобная глупость могла прийти в голову только ей одной. По мнению женщины, одной «дворняги» в доме было достаточно, но сказала она совершенно другое:
– В этом доме места столько, что найдется угол и для маленького беззащитного существа.
Виляя хвостом, чудное создание подбежало к Анжелике и стало ластиться к ней. Она, превозмогая отвращение, погладила щенка по голове и почесала у него за ухом. Тот зажмурился от удовольствия.
Эрик заинтересованно приподнял бровь, наблюдая за милой возней женщины со щенком. Строгую мать, которая избегала проявления нежных чувств даже к собственному сыну, в последнее время было не узнать. Анжелика сильно изменилась. Ему хотелось верить, что на это повлияла новость о беременности Тины.
Женщина выпрямилась, изящно вскинув голову, и заговорила спокойно и неторопливо:
– Я говорила с моим PR-менеджером, он утверждает, что перед свадьбой необходимо уделить особенное внимание романтической истории молодоженов и дать время этой новости «прижиться». Яркое и позитивное эмоциональное впечатление заставит многих людей правильно воспринять информацию.
– Свадьба через неделю, – категорично заявил Эрик и обнял Тину. – У нас все идет по плану, и я не намерен ничего откладывать только потому, что кто-то будет слишком шокирован моей скоропалительной женитьбой.
Анжелика с упавшим сердцем взглянула на молодую девушку, понимая, что сам того не ведая, Эрик своей решительностью подписал возлюбленной смертный приговор. Тине осталось жить в лучшем случае три дня.
– Хорошо, сынок. Я всеми силами держу новость в тайне, – заверила мать сына. – Не дай Бог, станет известно раньше, репортеры обязательно раздуют громкий скандал, а мне бы хотелось, чтобы свадьба моего единственного сына прошла идеально.
– Спасибо, – скупо поблагодарил Эрик.
Тина улыбнулась, она вела себя сдержанно и немного скованно, словно опасалась будущей свекрови.
Когда молодые люди ушли, Анжелика долго стояла, глядя им вслед, стараясь не думать о том, что через несколько дней все непоправимо изменится.
Глава 64
Тина взглянула в огромное зеркало и замерла от восхищения. Увидев себя в великолепном свадебном платье, роскошней которого она никогда не видела, ей вдруг стало не по себе. Белое платье с длинным шлейфом и рукавами из нежного кружева, дополненное длинной невесомой фатой и изысканной тиарой.
– Ты выглядишь сногсшибательно! – всплеснула руками Адель. – Все дизайнеры мира назовут тебя иконой стиля и станут выпускать сотни собственных версий твоего платья.