Тина не знала, как относиться к этой женщине, ведь интуитивно чувствовала, что ей нельзя доверять. Но в последнее время поведение Анжелики сильно изменилось в лучшую сторону.
«Оставим все наши разногласия и распри в прошлом, – мило улыбаясь, предложила женщина. – Прошу еще раз извинить меня за то, что так грубо повела себя. Узнав о том, что вы тайно поженились, я была шокирована новостью. А теперь я уверена, что ты любишь моего сына, а значит, волноваться нет смысла. Он счастлив. Этого достаточно для меня».
Тина спокойно выслушала женщину. Она была влюблена в своего мужа Эрика, однако не настолько наивна, чтобы считать, что всех обрадует их неравный союз, и не столь глупа, чтобы верить, будто Анжелика сменила гнев на милость, просто поверив в их любовь.
Они пили чай в малой гостиной, когда Анжелике доложили, что к ним в гости пожаловал некий Энцо Бияджи. Тина не обратила бы никакого внимания на визит очередного друга семьи, который, возможно, пожаловал к Александру, если бы не определенная реакция сидящей напротив нее Анжелики. Она уставилась на свою чашку странным взглядом – то ли бесконечно-удивленным, то ли откровенно-испуганным, однако через секунду повела себя противоположным образом.
– Я сама лично спущусь и встречу гостя. Это мой близкий друг и, так сказать, наставник Эрика, – пояснила она Тине, затем резко выпрямилась, как струна, и неловко поправила волосы, уложенные в безупречную прическу.
Тина наблюдала за тем, как женщина стремительной походкой направилась встречать гостя. Ей стало интересно увидеть мужчину, способного напугать своим появлением саму Анжелику Адлер.
Впрочем, через несколько минут она увидела его. Высокий ухоженный мужчина за пятьдесят появился в гостиной совсем неожиданно. Его внешность можно было бы назвать привлекательной, если бы не большое родимое пятно на правой щеке, которое безобразно уродовало правую половину лица. Он улыбнулся Тине, и эта улыбка была похожа на прикрепленную маску дружелюбия. Его черные волосы были строго зачесаны назад, привлекая внимание к широкому и высокому лбу. Следом за ним вошли Анжелика и молодая девушка – красивая черноволосая итальянка в эффектном красном платье с обнаженными плечами. Взгляды девушек встретились: вопросительно-пристальный Тины и оценивающий итальянки.
– Теперь я могу понять Эрика! – воскликнул мужчина, подойдя к Тине, сверкая глазами, он протянул ей руку. – Мое имя Энцо, а вы, я так понимаю, будущая жена Эрика?
Тина нервно улыбнулась, поднялась с дивана, пожала руку гостю.
– А это моя дочь Моника.
Когда он это сказал, девушка, стоящая позади него, подошла к Тине и, изобразив улыбку, тоже поздоровалась, выражение ее лица при этом было трудно понять.
Тина снова посмотрела на мужчину. Он так восторженно сверлил ее горящим взглядом, что ей захотелось сбежать.
– Признаться, ты одна из самых красивых женщин, которых я только знал за мою долгую и насыщенную жизнь, – уверенным тоном произнес мужчина как человек, знающий истинную цену всему. Он производил впечатление сильной личности, лишенной сомнений. – В современном мире среди миллионов искусственных женских лиц стало очень трудно найти женщину, сияющую настоящей, естественной красотой.
Поведение Энцо показалось Тине бестактным, фривольным, словно он имел полное право давать свою субъективную оценку всему происходящему. Он оценивал ее, пожирая похотливыми глазами с головы до пят.
– Красивая внешность очень хорошо маскирует и скрывает несовершенство человека. А у красивых людей порой больше всего скрытых недостатков и комплексов, чем у кого бы то ни было, – заметила Тина.
Она никогда не понимала людей, которым нравилось слушать хвалебные речи, особенно банальные, двусмысленные комплименты от мужчин в возрасте.
– Глаза опытного мужчины всегда видят правду. Женщина без греха – не женщина, – хитро рассмеялся Энцо, поняв причину того, почему вдруг ощетинилась девушка. – Если комплимент не смог растопить скованность женщины, значит, она достаточно опытна для того, чтобы распознать ложь, но лгать или притворяться мне нет никакого смысла.