Тине было отлично видно, как на экране компьютера появилось видео. Девушка, очень похожая на Адель Олсен, смотрела прямо в камеру. Те же золотые локоны, голубые глаза, общность черт лица, но все-таки спутать их было нельзя. Она смотрела, чуть наклонив голову, словно прощаясь, а в уголках ее губ играла какая-то сломленная, грустная улыбка.
Эрик напряженно всматривался в экран компьютера, а затем протянул руку и коснулся монитора пальцами, словно с нежностью ласкал лицо девушки. Сердце Тины сжалось от боли, она вдруг поняла, кто эта девушка на видео. Лора!
А потом случилось то, чего Тина не ожидала увидеть. Чьи-то руки приставили к голове девушки пистолет – и последовал выстрел.
Короткий, но громкий, душераздирающий крик Эрика вывел Тину из оцепенения. Осознав, что девушка, которую он любил, не совершала самоубийство, как он считал прежде, а на самом деле была хладнокровно убита, Эрик моментально потерял над собой контроль. Он схватил лептоп и изо всей силы швырнул его о стену так, что его куски разлетелись во все стороны.
Тина больше не могла бездействовать, она вышла из своего укромного тайника.
– Эрик, – тихо позвала она, привлекая к себе его внимание.
Пронзительный взгляд карих глаз, казалось, мог испепелить ее. Этот продолжительный прямой зрительный контакт вызвал у Тины небывалое чувство дискомфорта, словно перед ней стоял не Эрик вовсе, а совершенно незнакомый ей человек. Он тяжело дышал через рот, словно загнанный в ловушку зверь. Эрик был не в себе от переполняющего его негативного возбуждения.
Пульс Тины участился. Ей стало жалко его и одновременно страшно. Отныне всё изменится.
– Ты шпионишь за мной? – спросил он каким-то надломленным голосом. – Прячешься и подслушиваешь?!
– Все не так, – поспешила заверить его Тина, однако неуверенность, прозвучавшая в ее голосе, заставила Эрика усомниться в ее словах. – Я оказалась свидетелем вашего разговора, сама того не желая.
Он отвернулся, словно ему вдруг стало неприятно смотреть на нее.
– Впрочем, так даже лучше, потому что теперь мне не придется тебе объяснять, в какой заднице я оказался! – Эрик подошел к столу, уперся руками о толстую дубовую столешницу, перевел дух, а затем, медленно распрямившись, повернул к Тине лицо, на котором застыла ярость. – Все, что я знаю, – ложь! Меня окружают лжецы и лицемеры! Обман, обман, обман…
Его голос дрожал от злости и негодования, он почти кричал:
– Энцо прав! Я ни хрена не контролирую!
Тина боялась высказать свою мысль, боялась сказать что-нибудь, что еще больше разозлит его. Было заметно, что нервы его уже на пределе и он в любой момент готов взорваться как вулкан.
Вдруг он залился горестным, едким смехом, словно обезумев от горя, а в его взгляде скользнула немая, отчаянная скорбь.
– Я даже не был на ее похоронах…
Его взгляд метался из стороны в сторону, словно ища ответ на терзающий его душу вопрос. Тина не знала, как помочь ему успокоиться. Что бы ни говорил Эрик раньше, но он действительно безумно любил Лору, страшная правда моментально расстроила его психику.
– Я не смог защитить ее, – тихо сказал он себе, как бы рассуждая, будто напрочь забыв о присутствии Тины. Эрик отвернулся, прикрыв рукой глаза, как от солнца. – Энцо известно, кто это сделал, и он знает, что я обязательно приду к нему за ответом.
– Эрик, не делай этого, – взмолилась Тина, прекрасно понимая, что его пытаются втянуть в опасную игру.
Ее душа холодела от страха, заставляя испуганно ждать его реакции.
– Свадьбы не будет! – решительно отрезал он и принялся что-то искать на столе.
– А мне вообще не нужна свадьба, – запаниковала Тина, поняв ход его мыслей: Эрик хочет избавиться от нее, как от чего-то ненужного и бессмысленного. – Ты мой муж, и я буду рядом с тобой, что бы ни случилось.
На глазах Тины выступили слезы. Ее руки дрожали, покрываясь мелкой позорной сыпью пота. То был страх – не потому, что Эрик бросает ее и отныне в его жизни нет ей места, а оттого, что она не представляла, как жить без него.