– Воды. Я хочу пить, – попросила она, и Герард, оценив ее уловку по достоинству, встал с кровати.
Он дал ей пару минут на то, чтобы окончательно прийти в себя. А затем подал ей стакан воды, который она неторопливо выпила.
– Тебе лучше? – спросил он бесстрастным голосом.
– Да, мне лучше, – соврала Тина.
Ее голова раскалывалась, а все тело ныло от боли. Ей было страшно!
– Хорошо. Потому что ты проспала почты весь день, а это значит, что у нас почти не осталось времени даже для того, чтобы объясниться.
Герард прочитал по взгляду девушки желание бросить в него стаканом, поэтому он предупредил ее:
– Я спас тебя сегодня. Разве для тебя это ничего не значит?
– Почему ты спас меня? Кто ты такой?
Неподдельное смятение на ее лице заставило его перейти к делу.
– Меня зовут Герард. Я профессиональный чистильщик, как ты уже, наверное, и сама догадалась.
– Киллер! – произнесла Тина с такой ненавистью и злостью, что мужчину это задело.
– Я не люблю это слово. И твоему отцу оно тоже претило. Кому понравится, когда его называют убийцей?
Тина постаралась подняться с кровати, лицо ее скривилось от боли. Стиснув зубы, она все-таки встала. Не могла больше лежать. Услышав возмутительную ложь, она готова была вцепиться ему в горло.
– Мой отец был солдатом, порядочным человеком и хорошим семьянином. Не смей чернить его доброе имя! Я не позволю! – горячо возразила девушка, едва стоя на ватных ногах с подрагивающими мелкой дрожью руками.
Герард грустно улыбнулся.
– У тебя есть характер, и я это оценил, но прошу, успокойся. Ты носишь ребенка, а я говорю все это не для того, чтобы обозлить тебя.
Она замотала головой из стороны в сторону. Герард не смог понять, кивает она в знак согласия или, наоборот, пылко отрицает его слова.
От волнения она начала задыхаться, втягивая воздух, словно не могла дышать носом. По ее красивому лицу бежали слезы, а глаза были красные и опухшие. Герарду стало жаль девушку, но он был вынужден рассказать ей всё прямо сейчас.
– Ты лучше сядь, – мужчина кивнул ей на стул, а сам расположился напротив. – Если сядешь, я все тебе объясню.
Тина чувствовала слабость во всем теле, поэтому спорить не стала и села.
– Я и Гаяз служили по контракту в горячих точках. Мы были дружны, чертовски отважны и гордились тем, что действительно участвовали в боевых действиях, а не отсиживались в штабе. И главное – нам нравилось убивать, – уточнил он, чтобы Тина понемногу переставала верить в то, что ее родитель был безгрешен. – При выполнении задания мы оба получили тяжелые ранения, – он указал пальцем на шрам на своем лице. – В общем, нас списали как испорченный товар и просто вышвырнули за ненадобностью. Чем заняться на гражданке двум солдатам, которые жизни своей не мыслят вне армии и без войны?
Герард ухмыльнулся. Тина нахмурилась, ей было неприятно слышать такую правду о человеке, которого она всегда безмерно любила и обожала, считая идеальным мужчиной. В эту секунду лицо Герарда показалось Тине еще более отвратительным, чем она его запомнила. Выпуклый широкий безобразный шрам на его загорелом лице побелел, словно метка, которой его клеймили злонамеренные силы. Он смотрел куда-то перед собой, в пустоту. Девушка невольно задалась вопросом: как бы сейчас выглядел ее собственный отец?
– Я не верю тебе, не верю! – усомнилась Тина в правдивости рассказа незнакомого ей человека.
– Это твое дело – верить или нет, – громко и раздраженно сказал Герард. – Просто слушай и делай выводы. У меня нет времени с тобой возиться, переубеждать тебя.
Тина сцепила руки в замок, презрительно поджав губы. Она пристально посмотрела на мужчину, однако ей придется выслушать его.
– Гаяз нашел человека, который давал нам «работу». Нашей задачей было не просто устранить объект, а сделать так, чтобы никто не понял, что смерть была причинена умышленно и была насильственной. Мы виртуозно справлялись с поставленной целью, даже не предполагая, что все это время нас тестируют и проверяют.
Девушка подняла на него долгий задумчивый взгляд и стала внимательно слушать.
– Когда испытательный срок закончился, предварительно озвучив баснословную сумму гонорара, нам предложили очередную сделку. У нас был шанс отказаться, но мы не смогли – решающим аргументом стали большие деньги, их нам перечислили буквально сразу же. Позже каждый из нас получил фото своей мишени. Я должен был убить Гаяза или самоустраниться. Понятно, что нас решили стравить друг с другом. Мы встретились, чтобы обсудить ситуацию, и решили, что круто влипли и понятия не имеем, кому и зачем это понадобилось. После долгих раздумий решили рискнуть и отказаться от сделки и денег, поэтому направились к нашему координатору, но нашли его мертвым. Всё оказалось гораздо хуже, чем мы предполагали. В тот же вечер Гаяз сообщим мне, что Мари, то есть твоя мать, исчезла.