Эрик тайком наблюдал за Тиной. Ему была интересна ее реакция на смешные шутки. Адлер немало удивился, когда Тина, так же как и все остальные зрители в зале, очень легко воспринимала детский непосредственный юмор и весело смеялась.
Ему нравились ее улыбка и смех. Положительные эмоции преображали ее до неузнаваемости. Что-то манящее и притягательное появлялось в ее беспечном, веселом взгляде: на такую Тину было очень приятно смотреть. Чувственные губы магнетически притягивали его взгляд, Эрику безумно хотелось ее поцеловать. Он обругал себя за глупое и неуместное желание и подумал, что у него слишком давно не было секса, а находиться рядом с сексапильной Тиной в таком состоянии было весьма сложно. Особенно сейчас, когда она положительно сияла, источая женские феромоны как некий аромат, от которого у Эрика кружилась голова.
Он понимал, что она опасна, коварна и слишком сильно своим характером напоминала Эрику собственную мать, но по необъяснимым причинам Тина начала нравиться ему. Конечно, это не были сильные чувства, как те, что он испытывал к Адель, а легкая симпатия, приправленная необъяснимым и буйным сексуальным влечением. Но этого было вполне достаточно для того, чтобы пойти у нее на поводу и ввязаться в ту гнусную авантюру, которую она придумала. Эрик убеждал себя, что находиться рядом с ней просто необходимо. Так он сможет контролировать действия Тины.
Из кинотеатра все вышли в отличном настроении. Они втроем топали к автомобилю на парковке.
– Это было так весело! Эрик, тебе понравилось? – спросила Эмма.
– Да, очень, – честно ответил он и подмигнул девочке.
– А тебе, Тина?
– Мне понравилось, как умная кошка надрала зад этому дворняге, – ответила Тина и с вызовом посмотрела на Эрика.
На ее губах играла легкая ухмылка, а в глазах плясали веселые искорки.
Эрик оценил ее едкий комментарий и не смог удержаться от ответного огня:
– У этой кошки было обыкновенное бешенство, которое не лечится, вот она и изводила бедного пса и всех вокруг.
Тина рассмеялась и сказала:
– Если бы он не полез на ее помойку, то остался бы целым и невредимым.
– Кто-то должен был проучить эту вредную кошку и дать ей шанс исправиться.
Эмма отрицательно покачала головой, не понимая, о чем идет речь. Мультфильм был совершенно не об этом.
– Эта потрясающая волевая кошка осталась королевой своей помойки, а противный пес убежал, поджав хвост, – торжественно заявила Тина.
– И правильно сделал. У него впереди все только самое лучшее, и совсем скоро он встретит красивую болонку с белоснежной гладкой шерстью, которая его полюбит. А злая кошка так и останется жить одна среди мусора и зловоний, – Эрик довольно улыбнулся, потому что улыбка исчезла с лица Тины и она хищно прищурила глаза, мол, «ты мне за это ответишь».
По дороге домой Эмма уснула. И когда они подъехали к дому, Эрик решил занести девочку в дом на руках. Тина с благодарностью посмотрела на него. Странно, но от этого взгляда он в десятый раз за этот вечер представил ее голой и стонущей под ним от удовольствия. Да что с ним происходит? Еще немного – и он накинется на нее.
Они занесли спящую девочку в дом и уложили в кровать. Их встретила и сопровождала мама Тины. Эрик заметил, что они почти не говорили и обе вели себя очень холодно и сдержанно, словно были чужими людьми. Тина ради приличия представила Эрика матери, после чего они быстро покинули дом.
В машину Тина садилась поникшая и больше не улыбалась. Она отвернулась и с отсутствующим видом смотрела в окно, избегая даже зрительного контакта с Адлером.
Эрик понимал ее состояние как никто другой. У него самого были натянутые отношения с мамой, и как он ни старался, а проблема недопонимания и обиды стала настолько глобальной, что ему пришлось уехать из дому в попытке заставить мать одуматься. Но спустя несколько месяцев она ни разу не позвонила, а это значило, что хоть бой он и выиграл, а войну, вероятнее всего, проиграет. Эрик любил маму и дорожил ею, но поступки, которые она совершала, переворачивали сознание, шокировали, потрясали его своей жестокостью и бесчеловечностью.