Выбрать главу

– Ай! – воскликнула от боли Тина. – Но это правда!

– Возможно. Но ты получила очередной шлепок по мягкому месту за то, что не осталась после того, как станцевала. Ведь от последствий твоего танца «весело» должно было быть нам обоим.

Шлепок.

– За что? – воскликнула Тина, судорожно дернувшись.

– За то, что стремилась снова оставить меня в дураках.

– Довольно, Адлер! Это всего лишь безобидная шутка, – злобно возмутилась она.

Эрик так не считал, но все-таки отпустил Тину. Он услышал всё, что хотел. Девушка отскочила от парня на приличное расстояние, но потом, недолго думая, ринулась на обидчика с кулаками, но промахнулась. От этого она разозлилась еще больше. Тем более что Адлер заливался смехом.

– Эй, кажется, тут кто-то нарывается на поцелуи, и не только. Ты недовольна тем, что я отпустил тебя?

Тина остановилась и, задыхаясь от ярости, безмолвно уставилась на Эрика.

«Ну почему я люблю его? Почему?» – думала девушка.

Да! Она хотела, чтобы он поцеловал ее. Сходила с ума по Адлеру. Но не было ничего хуже, чем терпеть муки этой любви.

Тина перевела дух и возбужденным голосом ответила:

– Это так просто – во всем и всегда обвинять меня одну. Как обычно, делаешь выгодные для себя выводы и получаешь ответы, которые устраивают только тебя одного! Потешил свое самолюбие? И ладно! Очередной раз посчитал меня хуже, чем я есть на самом деле. Ну и пусть. Держись от меня подальше, Адлер! Это единственное, чего я от тебя требую. Слышишь?

Эрик перестал улыбаться. Ему, как и Тине, сейчас было не до смеха.

– Я не могу, – честно признался Адлер, и его голос дрогнул, словно он презирал себя за правду. – Не могу выбросить тебя из головы. Понятно?

Он тяжело вздохнул.

Тина молчала. Она пыталась осмыслить сказанное им. Что означает его признание?

– Тебя ведь тоже неосознанно влечет ко мне? – требовательно произнес Эрик.

Тина сердито скрестила руки на груди, но не ответила.

– Можешь не отвечать, я и так это знаю, – резко сказал Эрик.

Она прикрыла глаза, словно жмурясь от яркого света. Тина не могла отрицать очевидное, это было бы глупо. Эрик встал и подошел к Тине.

– Наверное, хватит уже избегать этой проблемы. Давай попробуем ее решить вместе.

Тина вскинула на него глаза и удивленно заморгала:

– Я не понимаю, что ты имеешь в виду. И как это вообще возможно разлюбить по собственному желанию, – Тина осеклась, поняв, что сказала лишнее.

Юноша удивленно поднял брови, а потом понимающе улыбнулся.

– К счастью, у меня все не так запущено, – пошутил Эрик, но он был безмерно рад услышать намек на то, что его чувства действительно взаимны.

– Ближе к делу, Адлер. Что ты предлагаешь? – с отчаянием в голосе спросила Тина.

Ей было тошно. Тошно от всего.

Эрик хотел казаться спокойным, но на самом деле нервничал и волновался. И на то были веские причины. Он собирался рискнуть. Пойти против самого же себя. Устал скучать по Тине, постоянно думать, вспоминать ее.

– Давай попробуем побыть парой, – спокойно предложил он.

Тина меньше всего ожидала услышать от Эрика нечто подобное и не знала что ответить. Просто изумленно потупилась.

– Я сейчас выскажу свое мнение, а ты поправь меня, если не согласна.

Тина кивнула, почему-то избегая смотреть ему в глаза.

– Для меня существует только одна веская причина, по которой я не могу быть с тобой. И это твой несносный характер, Тина. Ты только что обвинила меня, что я делаю поспешные выводы относительно тебя. Тогда докажи мне, что я ошибаюсь. Попробуем быть честными и настоящими. Постараемся узнать друг друга лучше и тогда примем решение, есть ли у этих отношений перспектива и будущее. Или, возможно, это просто вожделение – слепая страсть, и насытившись сексом, нас наконец-то попустит.

Тина отвернулась и закрыла лицо руками. Она не знала, что ответить, как себя вести, что чувствовать, не знала, как поступить. Только остро ощущала собственную уязвимость.

– А как же Адель? – спросила Тина, не доверяя словам Адлера.

Какую игру он затевает?

Эрик подошел к ней сзади и, медленно повернув ее к себе, заглянул в глаза. Сердце Тины сжалось при виде чувственного пламени, бушующего в глубине его потемневших от страсти глаз.