– Навсегда? – не удержалась от вопроса Тина.
– Пока сложно сказать. Вероятнее всего, в ближайшие месяцы мне предстоят частые командировки.
Тина почувствовала, как душа заныла горько-горько.
– Значит, звонишь, чтобы попрощаться? Или хочешь увидеться в последний раз?
– Возможно.
– Если выбор зависит от меня, тогда я хочу увидеться с тобой.
Тина понимала, что недопустимо быть настойчивой и самой ему навязываться, но она больше всего на свете хотела встретиться с Эриком. Просто увидеть его красивое лицо, поговорить с ним – и ничего больше. Хотя бы это!
– Тогда непременно увидимся, – загадочным тоном сказал Эрик и отключил телефон.
Тина непонимающе уставилась на свой телефон. Что это значит, почему он бросил трубку? Она хотела снова перезвонить ему, но гордость взбунтовалась против такой глупости. Закинув телефон в сумочку, Тина задумалась. Его голос звучал необычно, сдавленно, словно он был чем-то сильно расстроен.
Между тем таксист остановил автомобиль. Она рассчиталась за проезд и направилась на парковку. Порылась в сумочке и нашла ключи от машины. Хотелось как можно быстрее добраться до дома. Не хотелось никого видеть или слышать, она была полностью сконцентрирована на мыслях об Эрике. Перед мысленным взором стояло его красивое лицо и непревзойденная улыбка.
Тина нашла взглядом свой автомобиль и остановилась на ходу, едва не споткнувшись. Рядом был припаркован знакомый черный Maserati Quattroporte, седан-купе класса «люкс», из него вылез мужчина. Вид импозантного, стильного Эрика, стоящего напротив, обездвижил ее. Она не могла насмотреться на Адлера.
Шикарный мужчина в безупречно сшитом дорогом костюме, словно сошедший с обложки глянцевого журнала. Его красивое, гладко выбритое, свежее и безупречное лицо было даже лучше, чем она запомнила. Этот взгляд темных глаз впивался в ее лицо, в нем Тина растворилась мгновенно, добровольно отдаваясь в плен своих чувств к Эрику. Каждая клеточка души требовала любви, его взаимности. Но он смотрел безо всякого выражения и молчал, не двигаясь с места.
«Ну и пусть! Я люблю его. Люблю!» – пронеслось в голове Тины.
Смерив Эрика взглядом влюбленной девочки, она, решительно покрыв расстояние между ними всего несколькими широкими шагами, обняла юношу. Обхватив его шею руками, прижалась всем телом и впилась в губы Эрика, не говоря ни слова. Она считала бессмысленными, неуместными любые словесные препирательства или объяснения. Если он приехал, значит, их желания совпадают. Остальное не имеет значения.
Эрик стоял неподвижно. Он не обнял ее, не ответил на поцелуй. Тина поняла это и резко отпрянула, почувствовав себя неуютно.
«Что же я наделала? Адлер, похоже, с другой целью сейчас навестил меня. Этого не может быть, я такую глупость только что совершила», – твердила Тина, понятия не имея о причине его визита.
Что сказать теперь, чтобы сгладить эту неловкую сцену?
– А еще говорил мне, что это я целуюсь, как рыба, – недовольно произнесла Тина, отступив на шаг, пытаясь привести в порядок сбившееся дыхание.
Эрик нахмурился.
– С тех пор ты в этом весьма преуспела.
Тина в недоумении подняла бровь:
– Так смотришь, словно я в чем-то виновата.
Ей было обидно. Она не могла понять Эрика, хотя внимательно следила за мимикой его напряженного лица.
«Это не человек, а чертов бездушный камень. Я же для него, похоже, открытая и уже прочитанная книга», – отчаянно подумала она.
– Мы ведь не будем выяснять отношения на парковке?
– Хм! Да мы только то и делаем, что выясняем отношения. Какая разница, где и когда. Я не понимаю, зачем ты приехал?
– Ты так захотела. Сначала сказала, что скучаешь, потом настояла на встрече.
Тина не стала этого отрицать. Она мечтала снова видеть его. Каждую ночь, засыпая, думала о нем. Время шло, а тоска становилась только сильней. Даже зная истинное отношение Эрика к себе, зная его сложный характер, неоднократно испытав на себе его грубость и безразличие, она не могла смотреть на него без восхищения и трепета. Адлер – ее хроническая и неизлечимая болезнь.
– Да, это так! С каких это пор мое желание стало для тебя законом, Адлер? – с трудом заставила себя произнести эти слова Тина.