Да в такую ночь любого сон сморит, любой в царство Морфея, бога легендарного, которому эллины поклонялись, погостить отправится. Едва заметное дыхание эльфа сливается с шумом ветра, рядом, свернувшись клубочком, сопит гном, причмокивает во сне Алендас, молча дремлет принц. Храпит тролль-великан, да так, что на фоне его храпа даже вражескую конницу не услышать… Темно — новая луна только завтра родится, значит, через шесть дней празднику Первой Крови быть…
— Спасибо тебе, Тиналис… — раздается у меня под ухом тихий голос — настолько тихий, что я и сам с трудом разбираю слова. — И извини…
— Это ты меня извини, — одними губами отвечаю я, зная, что мой собеседник даже в полной тьме меня услышит. — И не за что благодарить — я сделал так, как любой другой на моем месте…
— Любой, но не тот демон в обличье человека, что сражался сегодня против моего сына. Ты спас ему жизнь, ты исправил мою глупость, и я приношу тебе клятву степи, отныне твое слово — воля…
— Сына? — удивленно переспрашиваю я, вернее, лишь шевелю губами. — Это был твой сын?
— Да. Бардыхан Десятый. Он еще слишком молод и горяч, но когда-нибудь станет великим вождем… Если бы не ты, нашему роду было бы суждено прерваться, но теперь мой сын запомнит этот урок… Прости, Тиналис, я слушал твои слова, да не слышал, ты говорил, насколько опасен враг, но в гордыне своей я не посмел возразить сыну, когда он сам возжелал отнять его жизнь…
— Твой сын — отличный воин, — честно похвалил я. — Он сражался как герой. Даже я не смог бы сразиться лучше, но Алендас сегодня был как будто одержим демоном, и никто не смог бы с ним совладать… Это я должен просить у тебя прощения. Я должен был понять, что твоим воинам никогда не совладать с таким врагом…
— Ты плохо знаешь моих воинов, Тиналис, — ответил голос, и не понять, то ли хвастается, то ли говорит что есть. — Степные боги щедры. Мой сын умен, смел и отважен, но по сравнению с другими он еще слишком юн. Если бы я услышал твои слова, если бы я одолел свою гордыню и послал другого бойца, твой враг был бы сражен. Ты прав, в нем чувствуется сила демона, но она еще не раскрылась, и врага можно одолеть. Это лишь моя вина, что не удалось избавить тебя от подобной угрозы. Прости, я сделал меньше, чем мог…
— Ты сделал больше, чем я ожидал, — сказал я. — И твоей вины ни в чем нет — ты не мог знать, с кем придется иметь дело…
— Дело вождя, Тиналис, не знать, а предвидеть. Я, Бардыхан Девятый, ошибся, и моя ошибка едва не стоила жизни единственному сыну. Ты исправил мою ошибку. Проси что пожелаешь, мой долг не знает границ, и я клянусь степью, что исполню твою волю…
— Я буду помнить об этом. Спасибо тебе за все. Когда будет великая нужда, я обращусь к тебе…
— Обратись к степи, Тиналис, и степь тебя услышит… Удачи тебе в странствии. У тебя достойные друзья, и я верю, вы сможете одолеть врага…
Голос затих. Как будто его никогда и не было. Будто это было лишь сновидение, а не человеческий голос. Я уверен: оглядись вокруг — и на версты и версты ни единого живого существа, даже если средь ночи запылает солнце. В степи много загадок…
— Магия? — не переставая храпеть, шепотом спросил Тын — удивительное умение троллей.
— Степь, — столь же тихо ответил я. — Ты слышал наш разговор?
— Да. И я тебе вот что скажу — в определенные моменты поединка действия Алендаса невозможно объяснить, основываясь на его человеческом происхождении. Потому высказывание о нечеловеческом происхождении его силы имеет под собой достаточно четко детерминированную доказательную базу…
— Да я уже понял, что с ним далеко не все так просто… Если что, ты сможешь справиться?
— На мосту — смогу, — коротко, но ясно ответил тролль.
Настолько все плохо? Да, дела оборачиваются не так оптимистично, как хотелось бы, да никто и не обещал легкой прогулки. За легкую прогулку так не платят — придется и дальше фантазировать. План со степью, увы, потерпел фиаско, а ведь я на помощь Бардыхана очень рассчитывал. Степной вождь передо мной в долгу, пришлось однажды поучаствовать в одном весьма деликатного свойства деле, перед которым вся мощь степи была бессильна. А ведь я его предупреждал: «Осторожно!» «Алендас опасен», — с каждой отправленной птицей-посланником — самым надежным способом общения со степняками — передавал. Хотя это скорее была перестраховка. Помню я, как он семь лет назад на королевском турнире выступал. Хороший боец, но и там занял лишь второе место. Не может быть, чтобы человек одними лишь тренировками за такой короткий промежуток времени настолько продвинулся в мастерстве. Но, как оказалась, не такой уж и лишней была перестраховка. Аледнас всех удивил, причем степь едва не осталась без будущего вождя…