На голограмме была красиво и объемно нарисована модель чего-то, до ужаса напоминающего человеческий, только очень сильно вытянутый вверх, мозг.
- Нравится? - поинтересовался у меня пользователь отвертки-с-лампочкой. - Хочешь — рассмотри поближе.
Появилось понимание того, что рассмотреть поближе я могу: достаточно увеличить изображение. Проделал я это незамедлительно, уже не удивляясь надписи «увеличение: 60%», ненадолго появившейся в поле зрения. Увиденное страшно нравилось: оно было соразмерно, интересно и как-то очень правильно.
По поверхности светящегося объемного образа то и дело пробегали еще более яркие искорки, разные части увиденного время от времени меняли цвет и яркость. Создавалось ощущение какого-то правильно работающего механизма, пусть и удивительно похожего на головной мозг живого существа.
- Реакции совершенно нормальные, - заметил взрослый заведующий. - Ни одной красной зоны. Даже оранжевых нет, даже желтых. Сплошная синь и зелень.
- Стенд барахлит? - усомнился третий, если не считать меня самого, участник происходящего в комнате. - МОСК, первое включение, и такое отличное всё. Может быть, он уже того, был в работе? Предлагаю заменить, пока есть, на что, и номер не внесен в реестр. Согласно инструкции.
Мне внезапно стало нехорошо. Каким-то внутренним чутьем я понял: бывший в работе мозг (МОСК?) подлежит списанию и утилизации, или чему похуже. И мне, почему-то, очень не хотелось, чтобы этот замечательный то ли механизм, то ли организм, был списан и убит. Хотелось обратного: помочь неизвестному, но, видимо, очень неплохому парню.
Тут же оказалось, что на этот случай есть инструкция. Инструкция показалась перед глазами на мгновение, прочитать я ее не успел, но умудрился запомнить и приступить к точному ее исполнению.
Появилась надпись «Процедура самопроверки. Индикаторный режим. Имитация.» Снаружи, видимо, что-то поменялось: третий участник всмотрелся куда-то в меня, и доложил емкое «Не, не барахлит. Семенов, подключи экран». Лаборант взмахнул светящейся отверткой, и где-то на втором слое появилась надпись «принудительное подключение внешнего телеэкрана». Самого экрана я не увидел, но, судя по выражениям лиц и положению тел присутствующих, искомое располагалось бы у меня за спиной, если бы таковая у меня, конечно, была.
- Так, матрица личности: отсутствует. Состояние: не загружена. Заводские настройки: полное соответствие. - лаборант Семенов читал ровно то же, что появлялось у меня в поле зрения, точнее, в верхней его части. Надписи про индикаторный режим он, кажется, не видел, или просто не обращал на нее внимания.
- Объем памяти — сорок две тысячи. Ого, неслабо. Интересная модель. - Семенов снова взмахнул своим непонятным устройством. - Покажи-ка, дружище, контрольный журнал.
Я вдруг понял, что контрольный журнал показывать нельзя. Не в смысле, совсем, а в том виде нельзя, в котором он был. В нижней части поля зрения образовалась надпись: «Контрольный журнал. Имитация.», и на экране (для меня невидимом), а также внутри моей головы, появилось вовсе не то, что должно было, а всего три строчки.
Каждая из строчек содержала совсем немного информации: дату, время и две короткие надписи.
«03 сен 1973 : ЗМТ МИКРОН ЦЕХ ЧЕТЫРЕ : ОТК» — первая.
«30 окт 2022 : ГБОУ ЛЕНИНГРАД БОН : ЛАБ ПЕРСПЕКТ» — вторая.
Третья строка отличалась от первой только датой и надписью «АКТИВ» в самом её конце.
- Вот видите, - обрадовался черт (25%) по фамилии Семенов. - Три включения. Одно на заводе и два здесь, второе активно сейчас. Не надо его заменять, да и номер уже вполне в реестре.
Появилось понимание: то, что мне показали на экране, тот, о ком сейчас идет речь, тот или то, кто или что избежало списания и утилизации, это...
Я сам.
Глава 4. Наука и жизнь
Ленинград, Пулково-7, 14 ноября 2022 года. Здесь и сейчас.
Коммисар третьего ранга Александр Николаев.
Товарища комиссара государственной безопасности третьего ранга, Александра Андреевича Николаева, по-настоящему заботили две вещи. Обе эти вещи имели непосредственное отношение к службе.
Во-первых, его еще не утвердили в полноценной должности. Вместо этого — оставили перед названием занимаемого места и положения мелочную приставку «временно исполняющий обязанности». Во-вторых, на новом месте, в линейном отделе госбезопасности, требовалось немедленно себя проявить с лучшей стороны.
Такое всегда крайне полезно для послужного списка, да и в целом — службу надо исполнять настоящим образом.