- Мне комфортно с собой, - пожала я плечами.
- Возможно, в России это действительно так и ни у кого не вызовет негатива. Здесь же, если ты не со всеми, то против! Не мне тебе рассказывать, какой народ сейчас жестокий. Держись Клайда и Стефа, они не бросят.
Я с сомнением посмотрела на нее.
- Я серьезно! В доме может твориться что угодно, но на людях мы всегда семья! Что бы ни случилось, они прикроют!
"Конечно, семья, потому что вы - кровные!" - мысленно хмыкнула я. Но что-то мне подсказывает, что "братья" будут даже счастливы, если я облажаюсь!
Однако вслух я ничего не сказала. У нее своя точка зрения, у меня - своя.
И вот сейчас я лежу в своей кровати, с тоской думая о том, что там, далеко, дома, сейчас Новый год. Несколько часов назад все обменялись подарками, счастливо пожелали друг другу счастья и здоровья, полюбовались на елку... Но в этом доме духа праздника не было.
Меган по секрету рассказала, что сегодня вечером у них намечается вечеринка с сокурсниками, Клайд и Стефан ушли куда-то еще пару часов назад. Да даже Клив уехал с ночевкой к каким-то друзьям семьи, где был сын его возраста, и они дружили. В доме остались только я и дядя Алекс. Прислуга ушла в свой домик на территории особняка, где, видимо, тоже будет отмечать и веселиться.
Я перевернулась на живот, утыкаясь лицом в подушку, чтобы заглушить так невовремя накатившие слезы. Да, я пару дней назад мечтала выплакаться, но не могла. Но теперь же, хоть и не хотела, рыдала, стараясь не всхлипывать слишком громко.
Успокоилась я где-то через час, чувствуя, как саднит горло и горят глаза. Воду опять забыла взять, поэтому пришлось подниматься, чтобы идти на кухню. Помня о конфузной ситуации в прошлый раз, переоделась, натянув трикотажные штаны и мягкую домашню футболку с косым вырезом на одно плечо поверх топа. Балетки не нашла, видимо, запулила далеко под кровать, поэтому, плюнув на поиски, пошла босиком.
В доме было тихо и почти темно. Осторожно спускаясь по лестнице, внимательно смотрела под ноги, чтобы не свернуть себе шею в новогоднюю ночь. Будет обидно!
Добравшись без происшествий на кухню, решила не включать свет - проникающего с улицы через высокое окно было достаточно, чтобы все разглядеть. Налила воды в стакан, собралась выпить, но почувствовала, как заурчал желудок. Во время ужина я вновь почти ничего не съела, так как Клайд и Стефан сверлили меня по очереди тяжелыми взглядами. Про мою просьбу кушать в комнате - как и про свое разрешение на это - дядя благополучно забыл, требуя, чтобы обедали и ужинали мы все вместе. Завтраки же я пропускала из-за того, что никак не могла перестроиться и проснуться вовремя. Либо просыпалась, когда рассвет еще занимался, но потом просто вырубалась по-новой, приходя в себя лишь к обеду.
Поколебавшись пару мгновений, раскрыла холодильник, изучая его содержимое. Выбрала банан, а потом еще заприметила питьевой йогурт в большой бутылке. Вытащив снедь из недр холодильника, потянулась за высоким стаканом, чтобы налить в него йогурт, как услышала за спиной:
- Я думал, это Клив по ночам шастает по кухне, а это, оказывается, ты!
Громко охнув от неожиданности, неловко дернулась, сбив стеклянный стакан с полки на бетонный пол, который, по закону подлости, конечно же, разбился на мелкие осколки.
- Еще и криворукая! - выдал по-русски Стеф.
Резко обернувшись, заметила очертания его мощной фигуры в дверном проеме. Лица видно не было, но я вполне легко могла представить презрительное выражение на нем.
В кухне повисла тишина. Вопреки первому порыву, оправдываться я не стала. Стеф тоже молчал.
- Я думала, вы с Клайдом ушли, - выдавила, наконец, я из себя.
- Я вернулся, чтобы переодеться, - сказал Стеф, хотя я и не ждала от него ответа.
- Ясно, - единственное, что смогла ответить я. - Надо собрать осколки, - сказала и сделала первый шаг в темноте.
И сразу же почувствовала, как под голой ступней хрустнуло стекло, впиваясь в кожу острыми иглами.
- Ай! - воскликнула я и резко согнулась, перенеся вес тела на вторую ногу.
Стараясь не двигаться с того пяточка, на котором стояла, принялась наощупь искать впившийся осколок, когда услышала громкий хруст стекла, по которому шагали громоздкие ботинки.
- Ну кто ходит босиком по дому?! - зло рыкнул Стеф.
На язык прямо просилось что-нибудь язвительное в ответ, но от того, что я дернулась, потеряла равновесие, отступая пока еще здоровой ногой в сторону и понимая, что сейчас вновь напорюсь на стекло.