- Ты не понимаешь… он в трусы к тебе залезть хочет! Я Антона вижу насквозь! - ну всё! Это была последняя капля… Меня взрывает и я срываюсь на крик.
- Тебе Вадим какая разница?! Я тебя понять не могу! Какое тебе дело до того, кто хочет забраться ко мне в трусы?! - Меня колотит от гнева. Ударить его хочется!
Вижу, что он взбешен - желваки ходуном ходят, челюсть сжата, а глаза огнем полыхают.
И он сейчас так близко…
Добронравов закрывает глаза и делает глубокий вдох, потом медленный выдох и снова глубокий вздох. Секунд через десять снова открывает глаза. Выглядит уже спокойнее, только вот ответов на свои вопросы я так и не получила!
- Так ты поможешь мне или нет? - говорит уже тише и спокойнее, но видно, что пытается держать себя в руках.
Я наливаю ещё перекиси на ватный диск, да так много, что с него начинает капать, и прислоняю к рассечению на губе. Вадим шипит от боли, а я от этого звука удовольствие ненормальное получаю… Будет знать, как срываться на мне не понятно из-за чего!
Потом мне становится жалко его…
Убираю диск и без задней мысли, начинаю тихонечко дуть на ранку, чтобы боль скорее стихла.
Наши взгляды снова пересекаются…
Почему меня так тянет к нему? Почему он, а не Антон?! Почему не любой другой парень…?!
Вадим берет меня за руку.
- Потанцуешь со мной? Всего один танец… - его голос спокойный, нежный и мягкий сейчас, словно он и не рычал пару минут назад на меня.
Я еле заметно киваю.
Добронравов забирает у меня ватный диск, испачканный его кровью и откладывает всю аптечку в сторонку, а затем встает и тянет меня за руку, прижимая к себе.
Вслушиваюсь и узнаю песню… Играет Scorpions - Send Me An Angel.
Вадим бережно опускает мою руку себе на плечо и берет меня за талию, прижимая меня плотнее к себе.
Своей второй рукой, я обнимаю мужчину за шею и решаюсь посмотреть на него так близко.
Вдруг всё вокруг становится размыто и звуки становятся как-то тише.
Теперь я слышу только звук своего сердцебиения, стучащего где-то в голове, и рваное, опьяняющее дыхание Добронравова.
Его касания обжигают меня, даже через ткань.
Лицо мужчины так близко…
Вадим утыкается носом мне в висок, чуть касаясь его губами и делает глубокий вдох. От этого касания прикрываю глаза. Колючие мурашки толпой начинают забег по спине, вызывая трепет в груди и где-то в животе.
Он немного отстраняется, но только для того чтобы снова возобновить зрительный контакт. Опускает свой взгляд на мой рот, а потом медленно касается правой рукой моего лица.
Я непроизвольно перестаю дышать. Просто забываю, как и зачем это делать… Могу лишь изучить его красивое лицо.
Чувствую, как его рука спускается к подбородку и ласку продолжают теперь его пальцы.
С такой нежностью он приближается ими к уголку моих губ, словно изучает меня и смакует эти ощущения.
Медленно проводит большим пальцем по моим распахнутым губам. Из моей груди вырывается протяжный стон с долгожданным глотком кислорода, возвращая его в лёгкие. Мои глаза закрываются сами… а палец Добронравова вдруг сменяется нежными теплыми губами.
Это похоже на сон… Сон, в котором его влажный, длинный и наглый язык проходится по моим полуоткрытым губам, лаская их, а потом проникает в мой рот, соприкасаясь с моим языком. Ощущения на столько необычны и новы для меня, что в груди словно огненный шар разрастается, готовый вот-вот взорваться и смести всё на своем пути.
Первые движения его губ нежные, не решительные… Вадим словно пробует и боится спугнуть меня, а я кажется уже не в этом мире и не в этой реальности. Кажется попала в свою мечту. В свой сон, который мучал меня каждую ночь.
Не получив сопротивления с моей стороны, его поцелуй разжигается страстью. Становится наглее. Вадим жадно вторгается в мой рот снова и снова, доводя меня до беспамятства.
Сильные руки прижимают меня плотнее к крепкому телу.
Наши языки переплетаются в своеобразном танце. Его губы яростно нападают на мои. Из груди Вадима до меня доносится утробное рычание, после которого одна его рука врывается в мои волосы, запуская в них пальцы, сжимает их, вжимая меня в себя.
Вадим углубляет поцелуй, от чего у меня снова вырывается тихий протяжный стон.
Словно по сигналу, движения губ и языка становятся жадными, а поцелуй безумным.
Добронравов терзает мои губы, прикусывая до сладкой боли нижнюю. Ощущаю металлический привкус крови во рту, но кому она принадлежит не ясно…
Запах этого мужчины ни с чем не сравним, и кажется уже каким-то родным. Его невозможно спутать ни с одним другим.