Левой рукой он берёт меня за волосы и тянет за них, заставляя запрокинуть голову. Я пытаюсь оттолкнуть его от себя, вырваться… но получаются только какие-то бесполезные метания.
Чувствую его горячее дыхание на щеке… а потом влажный поцелуй на ней. Тяжело дыша, Вадим ведёт пылающую дорожку поцелуев по моему лицу, задевая губы, подбородок… Он движется к шее, играя своим горчим языком с моей сережкой в ухе, цепляя мочку.
Когда его губы касаются шеи, я больше не в силах сдерживать стоны. Вадим хрипло мычит мне в шею, а я млею от его тепла и тех ощущений, что он вызывает во мне.
А потом вдруг укус! Этот ненормальный больно укусил меня, но эта боль какая-то сладкая, пробирающая до самых внутренностей. От неё разряд в двести двадцать проносится по телу и устремляется прямиком вниз живота. К влажной промежности, заставляя всё внутри сжиматься в ожидании какого-то продолжения! Я вздрагиваю и неожиданно издаю громкий стон.
- Какая же ты сладкая… такая отзывчивая и чувственная! Ты же тоже хочешь меня, я чувствую это! Алиса, ты возбуждена… наверное уже вся влажная там внизу. Твой запах… - он делает глубокий вдох, а когда выдыхает, от его дыхания разбегается табун мурашек по рукам и затылку. Соски резко напрягаются, а внизу начинает сладко ныть. Тело требует разрядки.
- Твой запах сводит с ума! Ты пахнешь ягодами и ванилью… собой! И теперь я знаю твой вкус… - с этими словами он проходится по шее кончиком языка и целует в то место, где пульсирует венка.
- Вадим, это не правильно! Как ты можешь так поступать со своей невестой?! Как ты можешь так поступать со мной? - я из последних сил держусь, чтобы не отдаться желанию обнять его. Принять его ласки и расслабиться.
- Такая нежная и ранимая девочка… хрупкая. Не могу я больше контролировать себя! Невеста… не люблю я её, от невесты там одно слово! - с придыханием осыпает поцелуями ключицу, покусывает кожу и сразу зализывает место укуса.
Языком ведет влажную линию к округлостям моей, приподнятой корсетом, груди. При этом удерживает меня одной рукой за волосы, а второй за талию. Впервые я понимаю, на сколько я слаба и ничтожна перед мужчиной!
- Вадим, боже, нет! Остановись! Я так не могу! Пусть ты и не любишь Анжелу, но у вас с ней полноценные отношения! А теперь ты этими губами целуешь меня! ПОСЛЕ НЕЁ! - он останавливается и смотрит мне виновато в глаза…
По взгляду его понимаю, что я не ошиблась… Чувствую, как у меня начинает щипать глаза. Они наполняются слезами и картинка расплывается, пока я не смаргиваю слёзы.
Получается немного высвободиться. Рука сама рассекает воздух и останавливается на щеке Добронравова, награждая его хлесткой и обжигающей пощечиной! Из груди вырывается крик душевной боли.
- Какая разница, что я к тебе чувствую?! Я никогда в жизни не стану иметь ничего с мужчиной, который принадлежит не только мне! Больше никогда меня не трогай! Мне противно и мерзко от мысли, что твои губы до поцелуя со мной, целовали другую! - не в силах сдерживать больше слезы, я вылетаю из комнаты!
- Стой! Алиса! - он успевает остановить меня у лестницы. - Я не могу отказаться от брака…
Слезы стекают ручейками по щекам.
- Значит и ко мне ты прикасаться не можешь! - с этими словами я вытираю соленую влагу и сбегаю по лестнице обратно на улицу.
У самого выхода сталкиваюсь со Стасом.
Он успевает предотвратить моё паление, удержав меня за плечи.
- Стой! Кто идёт? Куда бежишь Фея? - сначала говорит всё это со смехом и улыбкой, а потом замечает моё заплаканное лицо.
- Эй, малыха! Алис, что случилось? - теперь взгляд обеспокоенный, а голос серьёзный. Смотрит поверх моей головы, а потом обнимая за плечи, уводит в сторону от выхода.
- Пойдем Фея. Тебе надо умыться. - он разворачивает меня и ведет куда-то на первый этаж.
Стас открывает дверь какой-то комнаты, запуская меня внутрь и показывает жестом «тихо».
Оглядевшись, я понимаю, что это комната Стаса и Егора. Она двойная. Малыш наверное спит за соседней дверью.
Добронравов берет со столика два стакана и наполняет их янтарной жидкостью. Затем протягивает один мне…
- Пей, а потом расскажешь, что у тебя случилось. Только давай тихо, я Егора только уложил. - он опустошает налитое залпом и взмахом руки приглашает сесть в кресло.
Устроившись поудобнее, я решаю сделать глоточек из стакана.
Горькая обжигающая жидкость попадает в рот и горло, и я быстро проглатываю её.
Закашлявшись тихонько, я скорее ставлю стакан на столик и хватаю ртом воздух. Вздохнуть полной грудью сложно, всё горит! И я начинаю обмахивать рот руками. Кажется я сожгла весь рот и горло этой горькой гадостью. Как они это пьют?
Стас сидит и смеется на эту картину.