— Нет, что вы! Очень нравится! — заверила их Грейнджер.
Хлопок, и ни одного эльфа не осталось. Они просто исчезли, будто их и не было, а Гермиона и Малфой так и остались стоять и смотреть на все окружавшее их.
— Кажется, они очень хотели тебя порадовать, — Драко еле сдерживал смех, который так и рвался из груди.
— Я это просто не съем, — пробормотала Грейнджер, до конца не веря своим глазам.
— Видимо, твое желание сегодня все-таки будут исполнять эльфы, — он обнял ее со спины, прижимая к себе. — Надеюсь, у них получилось поднять Слизеринской Принцессе настроение?
— Определенно! — гриффиндорка тихо рассмеялась, прикрывая глаза.
Спиной она чувствовала, как Малфой медленно дышит, а его сердце учащенно бьется. Больше не нужно было ничего. Конечно, это эльфы создали комнату, но только благодаря Драко она не чувствовала себя одинокой. Он обнимал ее, и казалось, что больше ничего и не нужно. Просто стоять вот так. Впервые за все эти долгие пять лет, Гермиона почувствовала, что прошлое и правда отдаляется, оставляет ее, а боль уходит куда-то за горизонт. Ее просто вытесняют положительные эмоции и тепло рук одного Слизеринского Песца, которого она когда-то ненавидела, а теперь любила всеми фибрами души.
========== Глаза 21 ==========
После того появления Перси прошел месяц, и ничто не напоминало об этом. Вечером, после того, как Драко чуть ли не заставил ее попробовать каждый сорт мороженого который только смог придумать, Гермиона сожгла снимок. Она сама не знала зачем. Просто смотрела, как плавится изображение, как огонь поедает бумагу, как прошлое и боль отпускают ее. Нет, девушка не хотела забыть, она будет помнить всегда, но она хотела, чтобы это ушло в прошлое и осталось там. Как с теми уродливыми шрамами, что оставила ей Беллатриса.
Когда на следующий день друзья увидели комнату, то были в восторге, но конечно, больше всех восхищался Джеймс. Он носился от одного вкуса к другому, было решено сделать в каждом фонтане свой вкус, не в силах наглядеться, будто никогда не видел мороженого!
Месяц пролетел незаметно. Это было не сложно, ведь жизнь вернулась в свое русло. Драко и Гермиона теперь постоянно виделись на работе, потом вместе обедали в любимом кафе. Их пытались доставать журналисты, но получалось плохо. Они оба просто трансгрессировали по отдельности, но все равно появлялись в одном месте, будто знали где хотят оказаться. Когда Малфой рвал и метал, Лора отправляла записку Камилле. Секретарши быстро нашли общий язык и даже подружились. Ками была яркой и общительной, а Лора более сдержанная и сухая. Они отлично дополняли друг друга. Когда такая записка приходила, Гермиона фыркала, кидая какую-нибудь колкость, а потом отправлялась в клетку к разъяренному Малфою. Обычно, что-то не сходилось с документами.
Один раз Драко правда влетело от разгневанной девушки, но на то была причина. Он специально сделал вид, что злится и готов кинуть в кого-нибудь Авадой, чтобы она пришла. Когда обман раскрылся, оказалось, что когда он и вправду злится, то у него какие-то другие глаза, ему влетело по самое не хочу. Не спас даже Блейз.
Утро пятницы было таким же чудесным, как и любое другое. Все спокойно, небольшой круглый стол, Гермиона с чашкой капучино и книгой, Драко с черным кофе и газетой. Все хорошо, если бы идиллию не испортил растрепанный филин. Нахальная птица приземлилась почти в тарелку, задев крылом вазочку с цветами и смахнув кленовый сироп для оладьев. Оба синхронно фыркнули, гневно глянув на невоспитанное животное, но письмо гриффиндорка все-таки забрала. Филин, махнув крылом, разлил еще и кофе и улетел. Малфой проводил птицу взглядом, обдумывая, какое проклятье бросить ей вслед. Даже когда та скрылась из виду, он все еще перебирал в памяти самые изощренные пакости неопасные для жизни, когда увидел побледневшую, но сдержанную Гермиону.
— Что там? — он знал, что письмо от Уизли, только у него могла быть такая невоспитанная сова, но Драко уже почти не волновался за девушку. Грейнджер не смотрела на пергамент пустым взглядом, как в прошлый раз. Ее глаза были холодными, а лицо выражало безразличие и даже презрение.
— Напоминает, что Молли ждет меня уже сегодня, — хмыкнула гриффиндорка, откидывая конверт.
— Поехать с тобой? — слизеринец выгнул левую бровь, надеясь, что она передумает.
— Нет, — девушка вдруг улыбнулась, а ее глаза опасно блеснули. Даже великий Лорд Малфой боялся такого взгляда. Он, обычно, не предвещал ничего хорошего. — Только Рон догадывается, кто будет моим спутником. У Перси ты забрал воспоминание, — Грейнджер вышла из-за стола и подошла к молодому человеку. — Я могу попросить тебя приехать в субботу в облике Лорда Малфоя?
— Как пожелает Слизеринская принцесса, — усмехнулся Драко, сажая ее себе на колени.
— Мне нужно собрать вещи, — Гермиона наклонилась, целуя его в губы. — Буду ждать вас завтра, Лорд Малфой.
— Будет непривычно спать без Вас, — усмехнулся блондин, провожая ее глазами.
Страшный план уже начал зреть в его голове. Эта просьба послужила для него толчком к действиям. Нет, он не станет нападать на Уизли, драться с ним. Малфой не опустится до такого уровня, но вот то, что он затеял… Морально Рональд точно проиграет. Будет забавно, если рыжий нападет на такого невинного слизеринца.
Драко зашел к себе в комнату и увидел, как Гермиона быстро застегнула молнию чемодана. Девушка подошла к молодому человеку и, притянув к себе, поцеловала. Малфой сразу обнял ее, прижимая к себе и отвечая на поцелуй. Мерлин, ну зачем ей в Нору, если она может остаться здесь… Он так хотел, чтобы она никуда не ехала, сидела где-нибудь рядом с очередной книгой или кипой документов, отвечала ему колкостями и гадостями, а сам бы Малфой делал недовольное лицо, а потом подкрадывался к ней сзади и никуда не отпускал, как сейчас… Грейнджер выгнулась всем корпусом отстраняясь:
— Мне пора, — промурлыкала девушка.
— Мерлин, Герм, останься, — пробормотал Драко, но она успела выскользнуть из его рук.
Характерный хлопок, и комната пуста. Слизеринский Принц осмотрел резко посеревшую комнату. Солнце светило в высокие окна, но лучше от этого не становилось. Прошептав что-то вроде: «Один день» — Малфой двинулся в сторону своего кабинета. По правде говоря, ему надоело носиться на работу, а потом обратно домой. Он прекрасно знал, что может даже не появляться там. Идея становилась заманчивой, когда Драко думал о том, что в Малфой-мэноре его всегда будет ждать Гермиона… Слизеринец уже перестал думать о семье, как о несбыточной мечте. Больше походило на красивое будущее, которое его ждет. Он на это надеялся, смотря на то, как Грейнджер выбирает что надеть на работу или когда сидя за большим столом, она заканчивала с отчетами, а потом приходила к нему в гостиную и, поджав ноги, читала книгу.
Драко провел рукой по волосам, будто пытаясь привести себя в чувство. Получалось плохо. Он уже так привык к ее присутствию, что без нее было холодно. Не нужно было даже касаться. Хватало знать, что она где-то в доме. Так иногда они не виделись часами, а потом он находил ее в библиотеке, заснувшей над книгами, брал на руки и относил в кровать, кутая в одеяло. На утро она говорила спасибо и утыкалась носом ему в плечо. Малфой слишком привык к этому. Конечно, один день это мелочь, но Гермиона стала его наркотиком, необходимым как воздух. Почему-то ему казалось, что если она уйдет, то больше не вернется, а то счастье, в котором он жил последние два месяца, превратится лишь в красивый сон. Эфемерный, волшебный, но сон.
Молодой человек бродил по пустым коридорам мэнора, когда услышал смешок. Вздрогнув всем телом, он осмотрелся по сторонам. Драко был в одной из главных гостиных, но никого кроме него здесь не было, только…
— Мама? — блондин удивленно посмотрел на портрет красивой белокурой женщины.
— Здравствуй, Драко, — она нежно улыбнулась ему.
— Но… ты молчала все эти годы… — он не верил своим ушам. Портрет матери ни разу не заговорил с ним. До этого момента.
— Ты же знаешь, я люблю наблюдать, — Нарцисса посмотрела на него своими голубыми глазами, как на маленького ребенка. — Уже скучаешь по ней?