— Ридикулус! — наперебой сказали все присутствующие в помещении.
— Замечательно! Но это самая легкая часть. Волшебное слово само по себе вам не поможет. Тут–то как раз мне и понадобится, Невилл, твоя помощь. Подойди сюда, - гардероб снова задрожал, Невилла затрясло от ужаса. К гардеробу он шел, как на эшафот. — Встань вот здесь. Скажи, чего ты боишься больше всего на свете? - гриффиндорец невнятно что–то пробормотал.
— Что ты сказал, Невилл? Я не расслышал, - Долгопупс умоляюще оглянулся в сторону класса и шепотом произнес:
— Профессора Снейпа, - по классу разнёсся громкий смех. Интересно, Северус знает, что он является ночным кошмаром для Долгопупса? Профессор Люпин задумался.
— Так-так… профессора Снейпа… ты ведь, Невилл, кажется, живешь у бабушки?
— Д-да. Только я не хочу, чтобы боггарт обернулся моей бабушкой.
— Нет, нет, я тоже этого не хочу, — улыбнулся профессор Люпин. — Скажи, во что обычно одета твоя бабушка?
— Ну… всегда одна и та же высокая шляпа, на ней чучело грифа. Длинное платье, зеленое… иногда лисий палантин… - я посмотрела на своих соседок по комнате, которые обычно безудержно болтают о моде. Они скривились от такой безвкусицы.
— И конечно, сумочка, — подсказал профессор.
— Да, большая красная.
— А теперь постарайся как можно ярче вообразить себе все, что носит бабушка. Вообразил?
— Да-а, — неуверенно ответил гриффиндорец. И к чему был этот разговор?
— Боггарт выскочит из гардероба, увидит тебя и превратится в профессора Снейпа. Ты нацелишь на него волшебную палочку, представишь себе бабушкину одежду и громко скажешь: «Ридикулус!» Страшный профессор вырядится в шляпу с чучелом грифа, зеленое платье и в руке у него будет красная дамская сумочка, - гриффиндорцы дружно захохотали, многие когтевранцы тоже стояли в стороне и хихикали. Я улыбнулась. Я хочу посмотреть на такого Северуса. Гардероб заходил ходуном.
— Если у Невилла получится, боггарт станет пугать всех по очереди, — сказал Люпин. — Вспомните теперь, чего вы больше всего боитесь, и придумайте, как страшилище превратить в посмешище.
Чего я больше всего на свете боюсь? Откуда я знаю? Никогда об этом не задумывалась. Пауки? Нет. Змеи? Наоборот, я их люблю. Северуса? Нет, определенно нет. Разочарование в его глазах? Вполне возможно, но я не думаю, что это является самым большим страхом.
— Ну что, придумали? — спросил Люпин.
И тут мне стало страшно. Я еще ничего не придумала. Как вообще можно понять, чего ты боишься больше всего, не видя этого?
— Невилл, мы немного отойдем, чтобы тебе было свободней действовать. Потом я вызову следующего, — сказал профессор. — Все назад, не мешайте Невиллу, - ученики попятились и прижались к стене. Долгопупс остался у гардероба один–одинешенек. Он побледнел от страха, но закатал рукава и крепко сжал палочку.
— Начнешь, Невилл, на счет «три». — Профессор Люпин нацелил палочку на дверь гардероба. — Раз, два, три! - Из волшебной палочки вырвалась струя искр и ударила в ручку двери. Гардероб распахнулся, из него прямо на Невилла, сверкая глазами, нос крючком, шагнул как живой профессор Снейп. Долгопупс отшатнулся, но волшебной палочки не опустил. А Северус все надвигался, тянул к Невиллу руки, вот-вот схватит.
— Ри–ри-ридикулус! — взвизгнул гриффиндорец. Раздался щелчок, и зельевар покачнулся. На нем красовалось длинное, отделанное кружевами платье, на голове огромная шляпа, увенчанная грифом, основательно побитым молью, на руке вместительная дамская сумка. Все так и покатились со смеху. Это лучшее, что я видела в своей жизни. Обязательно сохраню это воспоминание и подарю Северусу на день рождения. Боггарт растерялся и замер как вкопанный.
— Парвати, теперь вы! — крикнул профессор Люпин. Девочка уверенно вышла вперед. Зельевар двинулся на нее. Щелчок — и вместо него появилась обвитая пеленами в кровавых пятнах мумия. Она слепо уставилась на Парвати, вытянула руки и, медленно волоча ноги, поплелась к девочке.
— Ридикулус! - воскликнула она. Путы на ногах мумии развились, заплели ноги, и мумия ничком грохнулась на пол, голова оторвалась и покатилась по полу.
— Симус, — вызвал Люпин. Гриффиндорец стрелой выскочил к привидению. Щелчок — и вместо мумии появилась банши, костлявая ведьма–привидение с длинными, до пола, волосами и зеленым лицом — вестница смерти. Она широко раскрыла рот, и комната огласилась пронзительным воплем, от которого волосы на голове стали дыбом. Я закрыла уши руками, не в силах это слушать. Мгновение, и настала тишина. Банши захрипела, схватилась за горло: совсем пропал голос. Щелчок — вместо нее крыса гонится за своим хвостом. Еще щелчок — и мышь обернулась гремучей змеёй, извивалась, извивалась и вдруг превратилась в окровавленный глаз.