— Смотрите, он растерялся! — крикнул профессор Люпин. — Скоро совсем сгинет. Аврора, давай ты! - я на секунду впала в ступор. Ну да, почему же первую из всех когтевранцев не позвать меня. Я вышла к боггарту. Ну хоть узнаю, чего я боюсь.
Щелчок — передо мной стояла...Я. Отличие от меня самой была лишь излишняя бледность и потрёпанность, где-то была кровь. Выглядело это действительно страшно, на какое-то мгновение меня парализовала. Боггарт не стоял на месте, потихоньку приближаясь ко мне. Это мой труп. О таком варианте я почему-то не подумала. Пока я стояла и смотрела на мертвую себя, боггарт почти дошел до меня.
— Ридикулус! — поспешно прикрикнула я. Хлоп — вместо мертвой себя, я увидела очень красивую змею, которая ползала по кругу.
— Браво, Аврора! Теперь Рон.
Щелк! Огромный, ростом выше взрослого человека, косматый паук, угрожающе клацая жвалами, пошел на Уизли. Кто–то взвизгнул, Рон на мгновение оцепенел и вдруг как взревет:
— Ридикулус! - И ног у паука как не бывало, он покатился к Лаванде Браун. Та, пискнув, отскочила. Паук покатился к Гарри. Гарри поднял палочку… Щелчок- и вместо паука, над Гарри возвышался дементор. Поттер стоял как вкопанный и смотрел на него. Судя по тому, что было в поезде, ожидаемо, что это оставит свой след на его психике.
— Ридикулус! — крикнул вдруг профессор Люпин и встал между Гарри и дементором. Щелчок — и дементор исчез. В воздухе перед учителем повис серебристый хрустальный шар. Люпин сказал спокойно: «Ридикулус!» — и шар, обернувшись тараканом, шлепнулся на землю. Секунда боггарт лопнул, и с минуту в воздухе висели только крошечные клочки дыма. Привидение исчезло.
— Превосходно! Все молодцы. Оценки: по пять баллов каждому, кто сражался с боггартом. На сегодня все, урок закончен. Спасибо.
— Но как же так… — возмущались ученики, в основном Когтеврана, потому что со всего факультета успела только я подойти к боггарту.
— До свидания, - с напором сказал профессор.
Глава 6. 1994
Англия. Платформа 9¾
Никогда не любила шум улиц. Снующие вокруг люди, визжащие дети… все это сильно раздражало. Даже все торжество дня не скрашивает этот факт. Но все же томительное чувство предвкушения, бешено стучащее сердце и необузданное чувство счастья заставляло на моем лице раз за разом расплываться радостной улыбке. Четвертый год происходит одна и та же процедура, не меняется ничего, но радость остается та же. Может, Шляпа была не так уж и неправа? Именно учеба одно из немногих, что заставляет меня радоваться таким мелочам, как возвращение в школу.
Гул голосов перекрывал все остальные звуки вокруг, а знакомые вокруг лица создавали ощущение возвращения домой. Для полного счастья не хватает еще Северуса, который, я уверена, сейчас спокойно себе сидит в своей комнате и придумывает какими дополнительными занятиями меня лучше будет в этом году занять.
Восторг от начала учебного года, потихоньку стал уходит и на его место приходило раздражение. Ворчание идущего рядом со мной парня и то, как он неаккуратно нес мои вещи - раз за разом выводили меня сильнее. И вот, чемодан в очередной раз ударил меня по ноге.
- Малфой, если вызвался помочь, так неси аккуратно, - недовольно прикрикнула я. Блондин лениво перевел на меня взгляд и приподнял одну бровь.
- Вызвался не я, а моя мать, так что либо иди молча, либо помогай себе сама, - фыркнул он, но все же отошёл немного в сторону. Теперь расстояния между чемоданом и моей ногой было достаточно, чтобы те не соприкасались.
- Я и забыла, что ты у нас далеко не джентльмен. Куда только смотрит Люциус? - я закатила глаза и посмотрела на Нарциссу, которая шла по правую сторону от меня. Она перевела строгий взгляд на Драко, а после на ее лице расцвела легкая улыбка.
- Аврора, дорогая, он просто хочет привлечь твое внимание, - Нарцисса нежно взяла за локоть.
- Вот еще, привлекать внимание полукровки, - опять фыркнул Малфой. - Слышал бы тебя сейчас отец.
- Драко! - притворно ужаснулась я. - Это должно было прозвучать как оскорбление? Слышал бы тебя сейчас Северус, - в тон слизеринцу сказала я.
- Драко, я уверена, если Люциусу преподнести все правильно и донести, что ваши дети будут чистокровными - он смириться, - примирительно сказала Нарцисса. Я издала смешок. Она всегда умела тонко и элегантно издеваться над своим сыном.