- Да, мой Лорд, - сказал Малфой и слегка поклонился. Я осталась стоять неподвижно, не понимая, о чем речь. Рука слизеринца сжала мою спину, когда Том перевел взгляд на меня. Малфой сильнее надавил, и я не придумала ничего лучше, как повторить за ним.
- Да, мой Лорд, - получилось тихо, но говорить громче не было сил.
- Что ж, я доволен твоей работой, Драко. Проводи мисс Розье отдохнуть. Тебе ли не знать, как Метка выматывает, - Том пугающе улыбнулся, а я почувствовала, как меня аккуратно толкают к выходу. Ноги не поднимались, а просто скользили по плитке. Хоть и сознание чувствовало себя бодро, тело не разделяло того же энтузиазма. Казалось, моя голова существовала отдельно от тела.
Когда мы вышли за пределы столовой, которая сейчас именуется переговорной, я резко перестала чувствовать пол под ногами, а настенные картины стали двигаться мимо гораздо быстрее.
- Что ты делаешь? – хоть Малфой и держал меня крепко, я мертвой хваткой схватилась за его шею, боясь упасть.
- Если мы продолжим идти в таком же темпе, то до твоей комнаты дойдем в лучшем случае до вечера.
Он передвигался быстро, перескакивая через ступеньку. Мне оставалось только гадать, как он с весом перед собой видит куда наступать и ни разу еще не оступился. А еще от него вкусно пахло зелеными яблоками. Еле уловимо, возможно, поэтому я раньше и не чувствовала его. Так близко, в относительно спокойной обстановке, мы еще не были.
- Что такое «изчезательный шкаф»? И что тебе надо сделать? – спросила я, видя, как напрягается его шея.
- Тебе не надо в это лезть. Я сам со всем разберусь.
- Не строй из себя героя. Зачем тебе какой-то шкаф в Хогвартсе?
- Исчезательные шкафы всегда парные, они связанны между собой как, скажем, проход, который во времена Первой магической войны использовали, как путь эвакуации. Если зайти в один шкаф, скажем, в Малфой-мэноре, а второй будет у тебя дома, то ты окажешься там. Считай это более чистым камином.
Если один из шкафов находится в «Горбин и Бэркес», а второй в Хогвартсе, то это означает, что таким образом можно обойти барьер и попасть в школу. От шока я открыла рот. Не знаю, что поражает меня больше, наглость Тома в том, что он хочет попасть в школу, где есть Дамблдор, или то, что это задание он поручил Малфою, а не, к примеру, Северусу. Зельевару, у которого больше шансов остаться незамеченным и довести дело до конца.
- Нет, ты не можешь это сделать, - я с широко открытыми глазами посмотрела на него.
- Ты так думаешь? – с ухмылкой он открыл дверь в мою комнату и внес меня туда. Шторы были задернуты, отчего обстановка казалась мрачной и угнетающей.
Малфой положил меня на кровать, но я не почувствовала того расслабления, которого ждала. Я словно все еще стояла на ногах где-то на тренировке по заклинаниям, где надо следить за положением тела.
Слизеринец уже собрался уходить, как я схватила его за запястье, прикладывая все силы, что у меня остались, чтобы не дать ему уйти.
- Малфой, это абсурд. Еще больший, чем наша свадьба. Этого нельзя делать, когда там полно невинных детей, которые ничего не сделают против Пожирателей, - я смотрела ему в глаза и пыталась через взгляд передать все, что чувствую. Честно, в этот момент я была напугана как никогда. Мне известно, как Том может давить и за какие ниточки дергать, а Малфой сделает все, чтобы эти ниточки не пострадали.
- Значит, ты все-таки в курсе о свадьбе. А я думал, что мать решила умолчать, - он прищурился и теперь был больше похож на игривого Забини, чем на типичного Малфоя.
- Причем здесь это, когда я говорю тебе о невероятно важных вещах?
- Свадьба - это тоже очень важно. Помолвка, бал, декорации – обсуди лучше это с моей матерью, а не доставай меня с тем, что тебя не касается.
Меня опять начала накрывать волна гнева, которая была пару дней назад после разговора с Нарциссой. Что с ним не так? Почему он не понимает всю важность ситуации? В школе полно детей, которые просто попадут под горячую руку, а если удар будет нанесен изнутри, то шанс проигрыша будет еще больше. Как бы я терпеть не могла Дамблдора, но только при нем Хогвартс в безопасности.
- Может ты не понимаешь, Малфой, - шипя, начала я, - но мы теперь в одной лодке, и, если ты хоть на минуту начнешь думать не только о себе – мы сможем выбраться из этого болота, по крайней мере, живыми.
- Мне тебя жаль, если ты думаешь, что я забочусь только о себе, - он вырвал свою руку из моей и ушел.
Уже второй раз он ставит точку в нашем разговоре. Уже второй раз последнее слово за ним.