Ой.
Сейчас меня будут если не убивать, то как минимум пороть. Ну, если судить по зверскому заячьему личику.
«Сист, что там с лояльностью⁈ Можно туда немножко награды перегнать⁈»
«Вали все на алкоголь. Он пил, ты пила. Он пьяный пошел спать к тебе, а ты — гулять и собирать бомжей! — весьма разумно подсказал Сист. Но тут же приправил подсказку огорчительной новостью: — Нет у тебя лишних наград. И ты права, лояльность твоего зайцеобразного вот-вот окончательно треснет, так что поторопись. Еще пара секунд — и он уже не услышит, что ты ему собираешься сказать. Видишь, как по лицу расползается добрая и всепонимающая улыбка?»
Да епашмать! Впрочем, у меня же имеется еще один способ заставить мужчину слушать. Которым я и воспользовалась. Благо нежно улыбающийся Илья сам подставился, придвинувшись ко мне почти вплотную.
Так что я легко его поймала и… поцеловала. Знатно так поцеловала, со вкусом. Хороший зайчик, добрый зайчик и целоваться… умеет.
«Кхм… — Сист над головой Ильи растопырил щупальца так, что они заполнили собой всю комнату, и явно загрузился. Судя по неравномерно вспыхивающим лиловым фарам, ему мой способ не очень понравился. Что он сам через долю секунды и подтвердил: — Я еще не поправил настройки. Плохо. Но нужно ли мне их поправлять? Придется. Пользовательница такая ветреная… ей будет мало трех мужей…»
Епашмать, я ветреная⁈ Я просто жить хочу!
Целуется зайчик, надо отдать ему должное… м-м-м… Если поцелуй с системой был скорее экзотикой из-за необычного строения, то мой холоп знал толк именно в человеческих страстных лобызаниях. Интересно, где этот ушастый успел натренироваться?
— Барышня… вы что творите? — О, у нас обоих воздух кончился.
— Мы вчера твоего коньяку немножко слишком много выпили, потом наливочки какой-то. — Я собрала собственные глаза в кучку и заторопилась выложить легенду, пока ее готовы слушать: — Ты пошел спать ко мне, а я гулять. Ты меня сам отпустил!
«Перебор, — поправил Сист. — Он тебя даже в беспамятстве не отпустит. И не поверит».
— Отпусти-ил? — прищурился Илья, подтверждая слова Систа.
— Ну, я у тебя спросила, а ты промолчал. Кажется. Но молчание — это же знак согласия. Вот я и пошла голову проветрить. А там вот этот щеночек… ну, то есть птенчик, лежит. Худющий, бледный, замученный. Я не смогла его бросить. Нашла веревку, обвязала для удобства и притащила к нам. Давай его себе оставим? Он же совсем бездомный…
— Княжич⁈ Бездомный? — Мое расчетливо вплетенное в просьбу зерно абсурда предсказуемо рвануло: отвлекло зайчика от самой ситуации, в которой я волоку домой посторонних мужиков. — Да с чего вы взяли⁈
— Ты на него посмотри. Даже если он где-то и жил раньше, там с ним явно очень плохо обращались! Мы в ответе за тех, кого нечаянно пойма… подобрали. Так что давай он сначала выспится, потом мы его покормим, а потом уже будем выяснять, что дальше делать?
— Тогда, может, сначала развяжем? — предложил Илья и потянулся к кокетливому бантику на пузе у некроманта.
«Нет! — возразил Сист. — Пока сам не очнется, лучше не прерывать!»
— Погоди! — схватила я зайчика за руку.
Но было поздно. Кокетливый бантик от рывка распустился, а спящий некромант глубоко вздохнул и открыл глаза.
— Опять ты, женщина. Опять эти кошмары…
Глава 28
Мы пытаемся накормить опасливую ворону
— И тебе доброе утро, княжич, — хмыкнула я. И скосила глаза на свое декольте: достаточно прикрыто? Новых обмороков не будет? — Хорошо ли спалось, добрый молодец?
— Спалось⁈ — Княжич Воронов захлопал на нас с зайчиком глазами и задергался. — Я действительно спал⁈ И мне даже ничего не снилось… кроме какой-то сумасшедшей, бегущей за мной по кладбищу с серпом и тенью, жрущей моих духов. — Тут он странно прищурился на меня, но мотнул головой, видимо отгоняя «бредовые» мысли. — Впрочем, по сравнению с обычными кошмарами это уже легче. Хм, и как вы это сделали⁈ Стояли на страже и убивали призраков всю ночь? И что на мне намотано, почему я связан⁈
— Потому что дар мешает тебе спать, а эта милая красная ниточка отрезает лишнее, — пояснила я. — Если не будешь дрыгаться, я тебя сейчас распутаю. Зайчик, сваришь нам всем утренний кофе? С плюшками.
— Это магический негатор? — Вот теперь на меня уставились одновременно оба мужчины, и выражение их лиц оставляло желать лучшего. Воронов был скорее удивлен, а вот Илья — напуган.
— Что-то вроде, — неопределенно согласилась я.
— Но такие артефакты разрешено иметь только императорской семье и тайной канцелярии, — оскалился некромант. — За хранение подобного предусмотрена казнь!