— Ну, ну! — оживился Сбитнев. — Да не тяни ты, Серега! Что ты сегодня текст мямлишь, точно как твой приятель Митин!
— В гараже, похоже, произошла драка. На полу — перевернутые канистры с краской и маслом. В одном из лежащих на боку пустых ведер когда-то была вода. Недавно она, видимо, вылилась на гравий. Он в том месте еще мокрый.
— То есть пол в гараже засыпан гравием? — быстро спросил Сбитнев.
— Да. И на нем имеются следы протектора. Учитывая, что ночью прошел легкий дождь, то…
— Ты Поршневу пробу грунта именно из гаража принес? — перебил лейтенанта Сбитнев.
— Нет, из квартиры Александры Ликиной.
— Вот как? — озадачился начальник РУВД. — Ну, переходи к актрисе, если по гаражу у тебя ничего больше нет.
— Добавить по гаражу действительно нечего. Что касается актрисы, то напомню: в первой половине вчерашнего дня она находилась в старых кварталах — там, где, по всей видимости, и произошло криминальное событие, правда, несколько позже…
— Да-да, помню, — отмахнулся Сбитнев. — Ее там Козлов и подобрал. Давай дальше.
— При нашей с ней беседе Ликина вела себя достаточно скрытно и вместе с тем нагло: мол, если у вас на меня ничего нет, так и не суйте нос в мои дела.
— Ну и что? Какой из этого ты делаешь вывод?
— Я просто хочу отметить, что Ликина определенно нервничала в разговоре. И ей это трудно было скрыть, хотя она и актриса. — И Курский несколько ироничски, вспомнив утренние слова Сбитнева по поводу Козлова, добавил: — Пусть и не народная.
Полковник правильно оценил эту реплику как выпад в свой адрес, но виду не подал:
— Ну а что со следами в ее квартире?
— Квартира была только что, но довольно небрежно убрана. Так, с поверхности мебели хозяйка не удосужилась даже стереть пыль. Похоже, что поспешно уничтожались следы пребывания в квартире некоего постороннего лица. Частицы почвы, которые я принес криминалистам, были сметены в угол, их даже не успели убрать.
— Ну, хорошо, а из гаража ты что-нибудь для лабораторного анализа принес?
— Я думаю, туда лучше послать ребят из отдела капитана Поршнева. Пусть снимут пальчики, сфотографируют следы протектора — в общем, проведут криминалистические процедуры по всем правилам.
— А следы крови ты в гараже не обнаружил?
— Может, они и есть в небольшом количестве. Но искать их надо аккуратно, не затаптывая при этом следы пребывания других лиц. Пусть данным вопросом занимаются все-таки криминалисты — их хлеб в конце концов. Потом они могут и тайник в козловском гараже исследовать: вдруг там какой след остался.
— Хорошо, — задумчиво произнес Сбитнев. — Правда, Козлов уже на свободе. Ну, не столь важно… А то, что ты притащил в пакетике к Поршневу, уже исследовано. В этой землице оказались следы мелкого гравия. У нашего покойника на подошвах его летних ботинок обнаружен схожий по составу субстрат.
— А у Козлова? — быстро спросил лейтенант. — Его ботинки исследовали?
— Естественно, — слегка нахмурился Сбитнев. — Или ты думаешь, что я пытаюсь отмазать своего старого приятеля?
— Нет, но… Я хочу еще кое-что добавить по поводу господина Козлова: в его связке ключей есть один, который подходит к замку в гараже дипломата.
— Даже так? — поначалу удивился и даже, вполне очевидно, расстроился Сбитнев, но быстро нашел данному факту подходящее объяснение: — Видимо, дипломат оставил ему свой ключ как сосед соседу, что можно легко проверить. — После чего он победно объявил: — Так или иначе, гравия на подошвах обуви Козлова не обнаружено.
Наконец показался майор Васильев и пошел отмыкать сейф с боеприпасами.
— Что теперь делать собираешься? — спросил Сбитнев лейтенанта.
— На компьютере надо чуток поработать, — последовал немногословный ответ.
Оба офицера встали на огневой рубеж и принялись поливать огнем фанерные мишени.
Полковник размеренно стрелял с одной руки, аккуратно поразив силуэт «противника» в оба плеча, голову и грудь. Одна пуля ушла в сторону.
Курский стрелял тоже с одной руки, но только навскидку, причем оказалась поражена исключительно лобовая часть мишени.