Я подняла взгляд и встретилась с теплыми зелеными глазами человека, который был для меня таким же родным, как отец. Морис был моей семьей. И он был прав ― возможно, я не всегда звонила, но никогда об этом не забывала.
― А кто твой друг? ― С улыбкой спросил он, и я сморгнула, вспомнив о Терренсе.
― Терренс Хардинг, ― представился он, опередив меня, ― для друзей просто Тео.
Морис доброжелательно пожал протянутую ему руку и улыбнулся шире:
― Морис Ренар. Для друзей просто Мо.
― Очень приятно, Мо.
― Мне тоже, сынок.
Я с удивлением смотрела на Мориса, Терренса и руки, которые они друг другу пожимали, и не верила своим глазам. Да, дядя Морис был довольно дружелюбным, но ни с одним моим парнем ― вообще ни с одним ― не был дружелюбным настолько.
Он посадил нас за самый лучший столик, попросил Меган ― свою внучку, прелестную девушку семнадцати лет ― поставить вазу только что привезенных цветов, а затем велел парнишке ― Дюку, который до сих пор, как я заметила, с ума сходил по Мег ― принести две порции их фирменного пирога.
И всё это Морис делал, широко улыбаясь, и не переставая расспрашивать Терренса обо всём на свете. Признаюсь, я, конечно, надеялась, что мой названный дядя проявит хоть немного уважения и понимания, но даже не предполагала, что он придет в такой восторг.
― Девочка, он просто находка! ― Прошептал мне Морис, когда Терренс отошел, чтобы перегнать машину. Он с лязгом отодвинул стул и плюхнулся рядом со мной. ― Клянусь, это твой лучший выбор. Лучший! Особенно, вспоминая этого последнего.
Я не смогла не уловить в голосе дяди нотки отвращения.
Да, он не любил Джорджа. Даже больше ― на дух его не выносил.
Когда мы приходили, предпочитал не показываться, а, когда я однажды спросила его, почему, ответил, что не хочет, чтобы я его возненавидела. Потому что язык за зубами он держал довольно плохо. А Джордж умел вывести из равновесия.
― Мы только начали встречаться, ― напомнила я ему, ― я ещё не уверена.
― Раньше ты всегда была уверена. Особенно, когда вечно выбирала не тех. ― Он усмехнулся, и я подумала о том, что, наверное, дядя Морис видел абсолютно всех моих парней. Даже тех их них, о которых не знал мой папа. ― И теперь, когда ты, наконец, сделала правильный выбор, ты сомневаешься?
― Я…
― Сэмми, пойми, не все такие, как Джордж или Мэтт. Иногда встречаются такие, как твой отец или Ричард. И Тео как раз из их числа. ― Говоря это, Морис по-отцовски сжимал мою руку. ― Не упусти его, девочка, иначе это может стать самой большой твоей ошибкой.
Я открыла рот, но ответить не успела, потому что вернулся Терренс.
Морис широко улыбнулся и, словно не было между нами никакого разговора, вновь обратился к моему спутнику.
Через минуту принесли пирог. И он оказался вкуснее, чем я помнила. «Важно не то, что ты ешь, а то ― с кем ты это делаешь», ― не переставал повторять мой дядя, изо дня в день, из года в год. Фраза, давно заученная мною наизусть, но понятая только теперь.
Как и истина, что с Терренсом в принципе всё было по-другому. Лучше.
― Знаете, Мо, это, действительно, лучшее, что я когда-либо пробовал.
Морис довольно рассмеялся, а затем похлопал Терренса по спине.
― На здоровье, сынок, на здоровье.
Я улыбнулась, а, когда Морис отошел к одному из посетителей, услышала:
― Он удивительный человек. Вы очень близки, верно?
Подняла на Терренса взгляд и кивнула.
― Морис лучший друг моего отца. Они вместе учились, затем вместе служили. Так что я привыкла к его рукам ещё в раннем детстве. Папа всегда считал его своим братом, а я ― дядей. И он относился к нам с тем же теплом.
― Это видно. Вы как семья.
― Мы и есть семья, ― прошептала я, вновь понимая, как сильно скучала по дому.
― Мы могли бы задержаться чуть дольше, если хочешь.
Я вскинула голову, изумленно посмотрев на своего мужчину.
Откуда он знал, о чем я думала? Как делал это? Как видел меня насквозь?
― Я… не думаю, что Элиоту это понравится. Я только устроилась в компанию, было бы неправильно так долго отсутствовать. ― Прочистила горло, понимая, что осипла.