― Это самая вкусная китайская еда, которую я когда-либо ел, ― заключил он, и я победно улыбнулась.
― Поверить не могу, что ты жил над ресторанчиком Вонга так долго и ни разу не пробовал его лапшу! Это всё равно, что жить у океана и не уметь плавать.
― Вообще, такие люди существуют, ― заметил он, наставляя на меня палочки.
― Дикари, ― шире улыбнулась я, ― и ты ― дикарь.
Терренс усмехнулся, отправляя в рот очередную порцию.
Отчего-то в памяти всплыл наш сегодняшний с Джойс разговор. И я спросила:
― А Оливер с кем-нибудь встречается?
Хардинг перевел на меня взгляд, его брови чуть приподнялись, он дожевал, а затем усмехнулся.
― Нет, насколько мне известно. А что, я уже тебе разонравился?
― Просто… знаешь, Джойс интересовалась. ― Решила выложить правду и ничего не выдумывать. В конце концов, это всегда было правильнее.
― Правда? ― Его брови взлетели выше. ― И почему она интересовалась личной жизнью моего брата?
― Ну… я немного рассказала ей о тебе, и она считает тебя замечательным.
Терренс так и просиял.
― Рассказала обо мне? Серьезно? И я прошел?
― Прошел? ― Не поняла я.
― Проверку, ― усмехнулся он, ― когда девушка рассказывает о своём парне подруге, то, сама того не осознавая, проверяет его. Известный всем женский приём ― если подруга одобряет твой выбор, значит, ты выбрала верно.
― Этот бред придумали мужчины? ― Усмехнулась я, и Терренс сделал то же.
― Это не бред, Барнс. А жизненная аксиома.
Я вновь усмехнулась, всем своим видом давая понять ― нет, это бред.
― Так Джойс интересовалась Оливером, потому что ей понравился я?
― Что-то вроде того.
― Я думал, она с кем-то встречается. Разве нет?
Ну…
― Да. Макс. Мы работаем вместе.
― И?
― И… кажется, он ей изменяет.
Я не знала, могу ли говорить об этом с Терренсом, но подумала, что он всё равно никому об этом не расскажет. Поэтому выложила всё, что знала.
― Думаешь, Джойс права? ― Спросила я, когда закончила. ― Макс изменяет ей?
― Мне жаль, детка, но скорее всего да. ― Серьезно ответил Терренс, и это был именно тот ответ, которого я так боялась. ― Но в любом случае, Джойс следует с ним поговорить и всё выяснить.
― А, если он не признается?
― Значит, нужно поймать его на горяченьком. Чтобы отвертеться уже не вышло.
«Как я поймала Джорджа», ― мелькнуло в моей голове.
― Я могу с уверенностью сказать только одно ― посторонний женский запах на его одежде, частые звонки и отлучки, появившаяся холодность по отношению к ней и перемены в характере и поведении ― всему этому есть причина. Поэтому ей стоит её узнать.
― Но ты считаешь… что причина ― это другая женщина, так?
― Так, ― осторожно ответил Терренс, ― потому что только в этом случае мужчина настолько кардинально меняется.
Я кивнула, понимая, что он прав. И что сама думаю точно так же. А ещё ― что мне нельзя говорить об этом Джойс и нельзя уговаривать её бросить Макса. Я могу лишь подтолкнуть её в верном направлении и помочь узнать правду.
Или, как позже посоветовал Терренс, когда визжащую и хохочущую нес меня в свою постель ― вообще в это не лезть.
Глава 22
Утром встала пораньше и передвигалась по квартире на цыпочках.
Снова собирала свою разбросанную по полу одежду, испытывая знакомое чувство дежавю. Топ обнаружила где-то между кухней и гостиной, шортики ― возле кровати, бюстгальтер гордо валялся у двери ванной, а трусики ― да, в этот раз я их нашла ― запутались где-то в одеяле. Причем ― ох уж эта ирония жизни ― не в моём.
Не знаю, как мне удалось собрать все свои вещи и не разбудить при этом Терренса, но я ощущала себя гребаным ниндзя ― причем жутко довольным собой ― когда гордо кралась из его комнаты ко входной двери.
Однако, у судьбы было отличное чувство юмора, вы знали?